Доклад американского ястреба: «Как нам оборонять Прибалтику от русских»

Аналитика Армия Балтийский плацдарм НАТО Оружие

25 октября военные и политические эксперты Джеймстаунского фонда (США) и Оксфордского университета (Великобритания) обсудили в Вашингтоне сценарии и последствия «возможной агрессии России» в регионе Прибалтики на экспертном семинаре под названием «Новые перспективы того, как оборонять балтийские государства». Поводом для дискуссии на семинаре стал опубликованный доклад Джеймстаунского фонда «Как оборонять страны Балтии», посвященный анализу гипотетического сценария войны между Россией и НАТО в Прибалтике.

Среди принявших участие в дискуссии — бывший командующий объединенными силами в Афганистане (2011−2013) генерал Джон Р. Аллен; директор Института национальных стратегических исследований и сотрудник двух администраций Совета национальной безопасности США Ганс Биннендийк; в прошлом ведущий сотрудник ЦРУ Гленн Хафец; британский генерал-майор в отставке Джеймс Чизвелл — в прошлом командир британской 1-й бронетанковой дивизии; в 2017—2018 годах исполнявший обязанности старшего советника госсекретаря США в управлении планирования д-р Якуб Гриджел; директор Оксфордского центра войны д-р Роб Джонсон и др.

Помимо связанных с фондом высокопоставленных политических консультантов и отставных военных, в мероприятии приняли участие (что весьма показательно) действующие в Вашингтоне военные атташе Польши и Швеции — генерал-майор Цезарий Вишневский (Cezary Wisniewski) и генерал-майор Бенгт Свенссон (Bengt Svensson).

По итогам дискуссии эксперты сошлись во мнении, что Восточная Европа является далеко не единственным возможным локальным театром военных действий и поэтому следует еще обратить внимание на Азиатский и Арктический регионы. Странам, оказавшимся в «группе риска», эксперты рекомендуют в первую очередь полагаться на собственные вооруженные силы и политическое руководство, а также довести у себя расходы на национальную оборону до необходимых 2% ВВП.

Автор доклада «Как оборонять страны Балтии» д-р Ричард Д. Хукер является профессором Национального университета обороны, членом американского Совета по иностранным делам (CFR). Д-р Хукер преподавал в Военной академии Соединенных Штатов в Вест-Пойнте и занимал должность начальника штаба военной кафедры в Национальном военном колледже в Вашингтоне. Также д-р Хукер занимал ряд ответственных постов в структурах НАТО, администрациях президентов Буша-старшего, Клинтона, Буша-младшего и в Совете национальной безопасности при президенте Дональде Трампе. В последнем случае в СНБ он был старшим директором по России, Европе и НАТО. В июле 2018 года Хукер ушел из Совета национальной безопасности, предположительно, из-за своей позиции ястреба в отношении России и НАТО.

Д-р Хукер пользуется большим уважением в военных кругах США. До выхода в отставку полковник Хукер в течение 30 лет прослужил в армии Соединенных Штатов в качестве офицера-десантника. Находясь на действительной службе, он участвовал в военных операциях в Гренаде, Сомали, Руанде, на Синае, в Боснии, Косово, Ираке и Афганистане, включая командование парашютно-десантной бригадой в Багдаде с января 2005 по январь 2006 года. Д-р Хукер является решительным сторонником военного присутствия США в Европе и альянсе НАТО. Он крайне скептически относится к намерениям России на континенте.

Смысл прошедшего семинара и доклада Хукера — это стремление убедить союзников по НАТО и главного противника — Россию в том, что пятая статья устава НАТО все еще остается в силе и будет задействована в случае военного нападения России на Прибалтику. В рассматриваемом докладе д-р Хукер признает, что размещение новых подразделений НАТО, в особенности бронетанковых, в странах Прибалтики по политическим причинам и позиции отдельных стран — членов альянса вряд ли возможно. Поэтому из практических предложений Хукера по усилению военного присутствия НАТО в Прибалтике остается одно — это возвращение в Литве, Латвии и Эстонии к всеобщей воинской повинности и формирование за счет этого людского ресурса трех дивизий — по одной на каждую страну, с тем чтобы они обязательно включали в свой состав бронетанковые и механизированные бригады. Бронетанковую и прочую технику на их вооружение Хукер предлагает выделить из законсервированных запасов Пентагона. Т. е. речь идет о подержанном оружии и устаревшей бронетехнике.

Другим важным предложением Хукера является формирование из этих трех прибалтийских дивизий «Балтийского корпуса» с единой штабной структурой во главе, состоящей из офицеров-прибалтов, прошедших соответствующее обучение и подготовку в США.

В остальном описанный Хукером сценарий войны с Россией в Прибалтике содержит несколько гипотетических допущений, не актуальных на настоящий момент. Среди искусственных допущений — это создание упомянутых выше дивизий из прибалтов. Это развертывание в Латвии и Эстонии с переброской из Италии и США еще до начала военных действий по одной воздушно-десантной бригаде США. Аналогичное еще до начала военных действий подкрепление сил в Литве передислокацией под Вильнюс американской танковой бригады из Польши. Гипотетическим допущением у Хукера также является атака Прибалтики российской 1-й Гв. ТА с территории Белоруссии. Но самые главные допущения у Хукера — это локальный характер военного конфликта в Прибалтике с ограниченным набором военных действий — без применения тактического ядерного оружия, без дальних ударов в глубину территории противника, без космической войны и т. д.

«Интересным» в конкретном сценарии, предложенным Хукером, является концентрированная атака главными силами поляков и 2-й американской бронетанковой бригады (она еще не развернута в Польше) в первые же дни конфликта «бастиона Калининград», а также политическая судьба эксклава после победной для НАТО локальной войны с Россией. По Хукеру, в вознаграждение Европы (!) за потерю Крыма (!) Калининград должен будет отойти к Польше или по минимуму стать демилитаризованным регионом.

«Интересно» утверждение Хукера о том, что в случае ограниченного военного конфликта НАТО с Россией из-за Прибалтики в нем примут участие на стороне НАТО своей «территорией», авиацией и флотом без посылки в Прибалтику сухопутных войск Швеция и Финляндия.

В целом же доклад Хукера интересен стилем американского профессионального военного мышления, его логикой и описанием американских военных возможностей по быстрой концентрации военных сил НАТО на театре военных действий в Прибалтике. Далее мы передаем основное содержание доклада Хукера «Как оборонять страны Балтии» в сокращенном и конспективном виде.

* * *

КАК ОБОРОНЯТЬ БАЛТИЙСКИЕ ГОСУДАРСТВА

«На восточном фланге НАТО мы будем продолжать усиливать сдерживание и оборону и активизировать усилия союзников и партнеров».
Стратегия национальной безопасности США на 2017 год.

В последние годы Стратегия национальной безопасности США и почти каждый крупный американский аналитический центр обратили внимание на плачевное состояние восточного фланга НАТО. Там некоторые из самых новых и самых малых государств — членов НАТО находятся под угрозой агрессивной и реваншистской Российской Федерации. Три прибалтийских государства — Эстония, Латвия и Литва — противостоят мощным российским силам своими крошечными армиями и скромными оборонными бюджетами. Эти передовые на европейском театре страны остаются практически незащищенными. Для президента России Владимира Путина это привлекательная цель — возможность с низким риском захватить территорию НАТО и расколоть альянс. США, как лидеру НАТО, необходимо обратить внимание на Прибалтику как на важнейший приоритет. Действительно, без эффективной защиты не может быть эффективного сдерживания.

Внутри и за пределами НАТО, в Пентагоне, в Брюсселе и в столицах, таких как Лондон, Берлин и Париж, многие отвергают эту угрозу в целом. На бумаге союзники по НАТО обладают гораздо более сильными экономиками и военными силами, чем Россия. Также ядерное оружие делает прямую конфронтацию, по крайней мере, по мнению скептиков, немыслимой. Согласно этой логике, Путин — прагматичный и осторожный лидер, помнящий о потенциальной силе НАТО. Вряд ли он проверит решимость НАТО.

Российские возможности. Надо начать с трезвой оценки российских возможностей и вероятных намерений. Во-первых, какова способность России проводить наступательные операции в Прибалтике? России пока не хватает стратегической мобильности и проекции силы, доступных Соединенным Штатам, но силы России внушительны на ее периферии, особенно в ее Западном военном округе, напротив восточного фланга НАТО. Наземные силы здесь включают недавно восстановленную 1-ю Гвардейскую танковую армию (1 Гв. TA), 6-ю (6 ОА) и 20-ю (20 Гв. ОА) общевойсковые армии и 11-й армейский корпус в Калининграде. В Западном округе также размещены три дивизии ВДВ и три бригады спецназа. Эти силы, состоящие из примерно 30 танковых и мотострелковых бригад (полков) и одной бригады морской пехоты, поддерживают около десяти ракетных и артиллерийских бригад, а также пять бригад ПВО. По огневой мощи своих двух артиллерийских и одного ракетного дивизионов российская танковая или мотострелковая бригада превосходит аналогичную бригаду войск НАТО.

В общей сложности эти силы включают в себя около 60 маневренных батальонов и 50 артиллерийских дивизионов. Возможно, половина из них готова к бою и готова участвовать во вторжении. Это силы составляют первый эшелон и станут потенциалом вторжения в первые 30 дней военного конфликта с НАТО.

Российский Балтийский флот оснащен 8 эсминцами и фрегатами, 25 прибрежными корветами и 2 подводными лодками и поддерживается набором тральщиков, десантных и транспортных судов. Силы Балтийского флота являются значительными, особенно когда они поддерживаются наземными и морскими противокорабельными ракетами.

Все ВВС России имеют 1 176 боевых самолетов, в том числе 139 бомбардировщиков дальнего радиуса действия, 222 истребителя ПВО, 265 штурмовиков и 378 истребителей-бомбардировщиков, а также 376 ударных вертолетов.

Учитывая уровень оперативной готовности и необходимость обороны остальной части огромной территории России, возможно, одну треть из этих сил, или около 400 машин всех типов, можно было бы выделить для операций против Прибалтики. Российские ВВС не имеют истребителей пятого поколения в оперативных эскадрильях, но имеют значительный боевой опыт.

Россия хорошо оснащена тактическим ядерным оружием воздушного, морского и наземного базирования, которое заявлено как средство «эскалации для деэскалации».

Чуть менее половины российских военнослужащих составляют срочные призывники, боевая эффективность которых должна быть оценена значительно ниже, чем у профессиональных «контрактных» солдат, которые сосредоточены в элитных подразделениях, таких как спецназ и воздушно-десантных соединениях и в меньшей степени — в 1-й Гв. TA. Мотострелковые подразделения содержат много солдат-срочников, для доведения которых до полной боевой силы потребовалось бы 30−60 дней.

Как ядерные, так и обычные силы российских ВС были неоднократно проверены на маневрах — в особенности на крупном учении «Запад-2017». Способность российских военных упреждать, совершать марши и развертывать силы была продемонстрирована не только на учениях, но и в реальных военных операциях. Основываясь на наблюдении за этими учениями, можно определить, что необходимое для начала наступления на Прибалтику время от получения приказа до его исполнения составляет от семи до десяти дней. Это оставляет НАТО очень мало времени на ответные действия.

Многочисленные исследования показали, что российских сил достаточно для того, чтобы захватить страны Прибалтики в считанные дни. Натовская оборона Прибалтики небольшими постоянными силами (всего четыре бригады без танков, боевых самолетов и с малым количеством артиллерии и ПВО) мало на что может рассчитывать, кроме как на воспоминания о «лесных братьях» — партизанах, которые боролись с Советами в конце Второй мировой войны. Эти силы будут сражаться смело, но безрезультативно. Мнению, что местное сопротивление со стороны резервистов и крошечных сил прибалтийского спецназа сможет «задержать, разрушить и сдерживать российскую агрессию», нанеся ей «очень дорогостоящие» потери, по большей части не хватает серьезного анализа соотношения сил, а также фактора времени и пространства. В нынешнем виде оборона стран Балтии с определенностью рухнет в течение нескольких дней.

Что касается НАТО, то, учитывая нынешний уровень готовности войск, борьба будет закончена задолго до того, как НАТО сможет вмешаться.

Что касается дальнейшей эскалации, то вместо того, чтобы продлить конфликт, учитывая высокий риск выхода его из-под контроля, лидеры США будут работать над локализацией и «связыванием» его, чтобы конфликт не стал слишком неуправляемым.

Российские намерения. Если способность России захватить Прибалтику ясна, какие у нас есть доказательства российских намерений? Несколько раз Путин отстаивал право на вмешательство с использованием военной силы для «защиты» этнических русских, проживающих за рубежом. Согласно российским источникам, Путин рассматривает возвращение стран Прибалтики и других бывших российских территорий как вопрос «исторической справедливости», который будет решен «рано или поздно». В 2015 году российские парламентарии и российский государственный прокурор поставили под сомнение признание независимости стран Прибалтики Верховным Советом в 1991 году, закладывая правовую основу для реинкорпорации. В том же году представители российской разведки встретились с американскими коллегами и сделали им «строгое предупреждение» о том, что военная сила, включая ядерное оружие, может быть использована против любого наращивания сил НАТО для обороны Прибалтики. По словам этих чиновников, Путин будет рассматривать «любую попытку НАТО усилить свое присутствие в Прибалтике как объявление войны».

Российские угрозы также подкрепляются европейской зависимостью от российских энергоносителей, поставляемых по ценам ниже рыночных. Большая часть Центральной и Восточной Европы полностью или в значительной степени зависит от российской нефти и природного газа, что является критически важной уязвимостью, которая может усилиться, когда проект «Северный поток-2» начнет работать в 2020 году. Способность отключать от энергии по собственному желанию в особенно холодные сезоны представляет собой мощное оружие. Государства Прибалтики, в частности, уязвимы на 100 процентов от природного газа, импортируемого из России. Попытки Европейского союза разработать альтернативные источники пока оказывались неэффективными. Энергетическая безопасность — точнее, ее отсутствие — дает Путину существенное влияние по всей Европе, что позволяет ему в любое время запугивать своих соседей.

Амбиции и намерения России ясны — это разрушить архитектуру безопасности после холодной войны, подорвать НАТО и ЕС, ослабить трансатлантические связи.

Спонсируемая российским правительством пропаганда утверждает право этнических русских общин на провозглашение независимости, аналогичной ситуации на Донбассе. Цель подобной деятельности — «оказать давление» на страны Прибалтики и вызвать определенную степень страха, неуверенности и запугивания.

Вывод стран Прибалтики из-под контроля НАТО восстановит стратегическую глубину, утраченную Россией в 1990-х годах. Раскол НАТО коренным образом изменит обстановку в европейской безопасности. Это также закроет будущее расширение НАТО для Украины и Грузии.

Есть и другие призы. Успешное противостояние с Западом подпитывает риторику Путина о возвращении величия, которое включает противостояние попыткам Запада «изоляции» России и отрицание им законного места России в международном порядке. Последовательные военные интервенции только укрепили режим Путина внутри страны, помогли ему укрепить свой контроль над государственным аппаратом. Победа над НАТО укрепит место Путина в истории России.

Потенциал НАТО в Прибалтике. Четкие признаки говорят о том, что сейчас необходимо предпринять решительные шаги. Цена просчета может быть гораздо выше.

Многие предполагают, что предпочтительным российским методом будет использование «серой зоны» или «гибридных» подходов, чтобы спутать и помешать сильному ответу НАТО. И президент США дал понять, что любое нарушение территории альянса российскими войсками приведет к активации 5-й статьи.

Есть по крайней мере три основных направления повышения внимания и усилий НАТО в Прибалтике. К ним относятся:

— «подготовка» театра для проведения и поддержки крупных военных операций;

— обеспечение сил на месте, которые могут успешно обороняться до 30 дней;

— сокращение времени, необходимого для развертывания подкреплений НАТО.

В последние годы Конгрессом США ассигнованы средства в размере около $ 15 млрд на Европейскую инициативу по сдерживанию (EDI). EDI представляет крупную финансовую инвестицию.

В общих чертах, возможному театру военных действий в Прибалтике не хватает логистической инфраструктуры, архитектуры, сетевой ПВО, инженерной подготовки и дальнобойных возможностей, необходимых для ведения крупных военных операций на Востоке.

Недавно НАТО взяла на себя обязательство создать командование тыла в Германии для решения задач логистики на театре. В настоящее время американские склады для хранения оборудования и техники расположены в Германии и Нидерландах — примерно в 1 500 км от Прибалтики.

Кроме того, инициатива Европейского союза «Постоянное структурированное сотрудничество в обороне» (PESCO) предназначена для решения проблемы военной мобильности.

На местах имеющиеся силы в настоящее время далеко не достаточны для обороны, но ситуация не безнадежна. Потому что у обороняющегося есть определенные неотъемлемые преимущества, такие как знание местности и способность установить препятствия и построить укрепления. Силы, необходимые для обороны, могут быть меньше. Стандартный плановый показатель — это соотношение один к трем, то есть для обороны требуется примерно треть боевой мощи атакующего. В Прибалтике эти соотношения достижимы. В то же время, однако, боевая мощь больше, чем численность. Например, российский перевес в бронетанковых силах и артиллерии значительно увеличивает ударную мощь их бригад в сравнении с натовскими легкими или моторизованными бригадами. Обучение, управление, мораль и лучшие технологии могут помочь компенсировать численное превосходство противника.

Вот один из примеров. В настоящее время в Европе находится только один из 15 дальнобойных дивизионов ПВО «Патриот» Сухопутных войск США. По крайней мере еще два дивизиона потребуются для защиты площадок с оборудованием и другой важной инфраструктурой в Польше и странах Прибалтики во время войны.

Возвращение захваченной русскими Прибалтики, в отличие от ее обороны, меняет соотношение сил с 1:3 для обороны до 3:1 для наступательных операций — это пугающая перспектива, требующая для НАТО в девять раз больше сил.

По разумной оценке, российские сухопутные войска, доступные для операций против Прибалтики в первые 30 дней конфликта, составляют примерно 30 маневренных батальонов и около 25 артиллерийских дивизионов. Последующий эшелон, состоящий из менее готовых подразделений с резервистами, был бы готов и занят в операциях в последующий период с 30 дня конфликта до 60 дня. Учитывая большую ударную мощь российских подразделений, на месте силы обороняющихся должны насчитывать около 15 маневренных батальонов (не менее одной трети из них должны быть бронетанковыми или механизированными) и 12−15 артиллерийских дивизионов. Сегодня в Прибалтике НАТО может собрать без танков всего 11 активных пехотных батальонов (в основном легкую пехоту) и четыре артиллерийских дивизиона (в основном буксируемых 105-мм орудий). Еще три батальона могут быть добавлены, но их фактическая боевая мощь мала. Как показывает большинство исследований, эти силы будут разбиты в короткие сроки.

Российские планы вероятной войны. Хотя фактические военные планы России неизвестны, вполне вероятно, что Эстонию атакует меньшая числом российская 6-я общевойсковая армия, усиленная одной дивизией ВДВ (Псковской) и бригадой спецназа. Цель здесь — обеспечить контроль над Финским заливом и подходами к Санкт-Петербургу. Затем бригада морской пехоты Балтийского флота смогла бы провести десантные операции, чтобы взять под контроль ключевые эстонские острова.

Гораздо более крупная 1-я Гв. ТА, усиленная 2-й воздушно-десантной дивизией, вероятно, нанесла бы удар в направлении Калининграда с тем, чтобы отрезать страны Прибалтики и для предотвращения подхода в регион подкреплений НАТО. Затем эти силы будут повернуты на восток, чтобы захватить Латвию.

Сложный вопрос для российских планировщиков, как бороться с Польшей. Многие эксперты предполагают, что российские войска атакуют из Белоруссии, с тем чтобы пройти Сувалкинским коридором на северо-востоке Польши. Это самый короткий и прямой путь в Калининград. Однако это направление означает, что российские войска столкнутся здесь с польскими вооруженными силами — одними из лучших в НАТО, с их почти 1 000 танков и сотней многоцелевых истребителей. Альтернативное направление наступления — через Вильнюс, столицу Литвы, избегнет польской территории и вполне может минимизировать польское участие в конфликте. По мнению автора, такой подход более вероятен.

Роль Белоруссии в этом сценарии неясна. Ее вооруженные силы тесно связаны с Россией и включают в себя три активных маневренных бригады. Тем не менее президент Белоруссии Александр Лукашенко выразил желание более тесных отношений с Западом и НАТО и порой избегает прямого контроля со стороны Москвы. Предъявленный автором сценарий предполагает, что Белоруссия согласится на использование своих территорий российскими силами, но не будет участвовать в агрессии против НАТО. В этом случае Польша, скорее всего, сохранит большую часть своих сил для национальной обороны, в то же время направляя часть своих сил в скромном размере в Прибалтику. Польские планировщики, безусловно, будут опасаться ответного удара России за то, что поляки позволили силам НАТО базироваться в Польше и использовать ее территорию для транзита в Прибалтику.

С точки зрения воздушной мощи российские авиационные активы явно уступают ресурсам НАТО как по количеству, так и по качеству, но с двумя важными оговорками. Во-первых, маловероятно, что на фронте будет представлен полный перечень боевых самолетов НАТО. Даже те страны, которые проголосуют за противодействие российской агрессии, могут отказаться от отправки больших сил, оставив это дело США и другим союзникам. Во-вторых, российские передовые системы ПВО базируются в Калининграде и контролируют смежное пространство. Пока они не уменьшены или устранены, ВВС НАТО будет трудно действовать в полную силу или с приемлемыми потерями. По этой причине решить проблему Калининграда необходимо в первую очередь.

Таким образом, у России есть преимущество в передовых интегрированных средствах ПВО, благодаря которым численное преимущество в авиации НАТО сможет использовать с высоким риском для всех своих самолетов четвертого поколения.

По этой причине вначале следует рассмотреть вопрос захвата НАТО эксклава Калининград с суши. Российские сухопутные войска здесь —две мотострелковые бригады и один танковый полк с артиллерией — существенны, но российское руководство должно ясно понимать, что неспровоцированная агрессия против НАТО будет дорого стоить. Польские тяжелые силы, которые базируются поблизости, наряду с американскими силами, базирующимися в Польше, станут очевидным решением для этой операции.

Сейчас в каждой из стран Прибалтики развернут батальон НАТО «усовершенствованного передового присутствия» (eFP). Это многонациональные подразделения, в каждом из которых представлено до пяти стран. Соответственно, хотя они и полезны в качестве сдерживающих сил, они не представляют реальные боевые возможности, так как национальные инструкции для участвующих контингентов могут и, вероятно, будут отличаться. В исследовании RAND Corporation, проведенном в 2016 году, был сделан вывод о том, что минимальные необходимые наземные силы для обороны Прибалтики должны составлять семь маневренных бригад с вспомогательными средствами. Но как минимум мы утверждаем, что три бригады из этого числа должны быть танковыми или механизированными, так как легкая пехота не сможет реально бороться с наступающими русскими танковыми и мотострелковыми частями при массированной поддержке артиллерии.

Учитывая сильные преимущества у русских в артиллерии и радиоэлектронной борьбе, автор утверждает, что по крайней мере в Прибалтике необходимо иметь три дополнительные бригады НАТО (одну тяжелую и две легких). С ними развернутые силы могут нанести значительные потери атакующим и задержать войска первого эшелона России на срок до 30 дней.

Очевидное решение проблемы обороны Прибалтики состоит в том, чтобы модернизировать вооруженные силы Литвы, Латвии и Эстонии и разместить по одной боеспособной ротационной тяжелой бригаде НАТО в каждой из этих стран.

Этот вариант встречает сильную оппозицию со стороны представителей НАТО и лидеров стран обычно на том основании, что Путин посчитает такое развертывание «провокационным». Однако силы такого размера не могут представлять наступательную угрозу для России.

Тем не менее усиление сухопутных сил НАТО в Прибалтике пока не представляется политически осуществимым. Остающийся вариант — это положиться на решения принимающей страны. При общем объеме оборонного бюджета всего около 2 миллиардов долларов Эстония, Латвия и Литва не могут позволить себе бронетанковые силы и ПВО, полевую артиллерию и другие возможности, необходимые для эффективной обороны. Финансовая помощь имеет смысл как лучший способ помочь. Прибалты должны помочь себе. Каждый прибалтийский солдат — это на одного солдата НАТО меньше, чем требуется. Подобный подход потребует значительной помощи в безопасности Прибалтики и решительной поддержки со стороны ключевых союзников. Но и сами прибалты должны сначала сами активизировать свои собственные усилия. Несмотря на малое по численности население и ВВП этих стран, они способны на гораздо большее, чем сейчас.

Страны Прибалтики могут сделать гораздо большее для увеличения собственного оборонного потенциала. Первое — это ввести всеобщий призыв на двухлетний срок, который обеспечит основу для расширения сухопутных войск стран Прибалтики по более низкой цене, чем заведение дорогих профессиональных солдат. Разумной целью для Эстонии и Латвии является расширение от одной легкой бригады до небольшой тяжелой дивизии из двух маневренных бригад и вспомогательных средств, таких как дивизионы полевой артиллерии и ПВО, батальонов инженерного, материально-технического обеспечения и связи — всего около 10 тыс. солдат в двухбригадной дивизии. Литва с ее бóльшим населением может выставить одну полную дивизию из трех бригад (около 12 тыс. солдат). Штабы дивизий должны управляться и укомплектовываться прибалтийскими офицерами, обученными в США.

Как минимум одна бригада в каждой прибалтийской дивизии должна быть тяжелой или механизированной, состоящей из одного танкового и двух механизированных батальонов. Другая бригада должна быть полностью моторизована для мобильности на поле боя. Каждая бригада должна включать полевой артиллерийский дивизион прямой поддержки (в идеале это 155-мм гаубицы и плюс одна ракетная батарея залпового огня MLRS), батареи противовоздушной обороны, инженерная, материально-технического обеспечения роты и роты связи.

Эти улучшения позволили бы создать прибалтийскую сухопутную группу из семи активных бригад, включая три тяжелые бригады. Этих сил достаточно для первоначальной обороны и нанесения значительных потерь атакующим. Это также обеспечит дополнительную подстраховку на случай, если не все страны — члены НАТО поддержат 5-ю статью договора НАТО. В этом случае страны Прибалтики выиграют время для формирования возглавляемой США коалиции.

Страны Прибалтики, безусловно, могут развернуть бóльшие силы, но им для этого потребуется финансовая помощь союзников. Кроме того, США могли бы передать прибалтам свою избыточную устаревшую тяжелую военную технику.

Подобно Западной Германии во время холодной войны, прибалтийские государства должны организовать свои национальные территории для обороны. Это означает предварительную подготовку ключевых мостов для сноса, накопление боеприпасов и разработку планов размещения минных полей в ключевых местах в соответствии с национальным планом, усиление командных пунктов и складских площадок, сооружение полевых укреплений и подготовку противотанковых заграждений на подходах.

Будет также необходима подготовка гражданской обороны с накоплением запасов продовольствия и медикаментов, питьевой воды, нефти и природного газа.

Прибалты могут также рассмотреть инновационные, недорогие подходы к обороне, такие как дешевые автономные беспилотники, самодельные взрывные устройства и коммерческие, готовые к использованию технологии нацеливания.

На практике потребности ПВО у прибалтов должны быть удовлетворены США. Из-за ограничений по дальности эти подразделения должны базироваться в Польше, а не в Германии.

Другим решением должно стать то, что значительные силы НАТО должны прибыть быстро, чтобы поддержать оборону Прибалтики. Наиболее вероятные кандидаты — это американские мобильные парашютные подразделения и силы США, базирующиеся в Польше.

Проблемы командования и управления. Еще одна сложная проблема — это командование и управление. Будучи суверенными государствами, страны Прибалтики осуществляют национальный контроль над своими силами обороны, но атакующие российские силы будут игнорировать государственные границы и использовать эти «швы» при каждой возможности. В настоящее время не существует эффективного способа координировать и синхронизировать эстонский, латвийский и литовский планы обороны или операции во время войны.

Существующим решением является Северо-восточный многонациональный корпус НАТО (MCN-E) — немецко-польско-датское формирование, расположенное в Щецине в Польше.

Вероятно, лучшим решением стало бы создание по его образцу штаба объединенного Балтийского корпуса с подготовленными НАТО прибалтийскими командирами и штабными офицерами и с вступлением в НАТО национальных подразделений — созданных прибалтийских дивизий. Кроме того, структура может функционировать в качестве штаба для бригад и батальонов НАТО, предназначенных для подкрепления Прибалтики во время кризиса или войны.

Нерешенные проблемы на море и в воздухе. На море американские и союзные военно-морские силы в регионе на бумаге превосходят численностью Балтийский флот РФ. Для ведения морских операций в течение 30 дней необходимо собрать военно-морскую оперативную группу из 12−15 эсминцев/фрегатов и 4−6 подводных лодок. Морские операции внутри Балтийского моря осложняются воздушной угрозой, российскими морскими минами и российскими противокорабельными ракетными комплексами. Успешные операции в восточной части Балтийского моря будут сложными и дорогостоящими. Несколько старших офицеров ВМС, с которыми проводились консультации для исследования, выразили мнение о том, что ограниченность морского пространства Балтики, российские противокорабельные ракеты и морские мины сделают морские операции в восточной части Балтийского моря чрезвычайно рискованными.

В настоящее время американские надводные военные корабли вооружены преимущественно для ПВО, но не имеют средств против сверхзвуковых противокорабельных крылатых ракет противника.

В воздухе НАТО может быстро собрать мощную авиацию под руководством США. Эта группа будет находиться под командованием командующего ВВС США — по совместительству командующего воздушными силами НАТО из Объединенного центра воздушных операций в Рамштайне (Германия).

По оценке автора доклада, в дополнение к двум истребительным крыльям, постоянно базирующимся в Европе, потребуется еще одно крыло бомбардировщиков США, разведывательное крыло и пять дополнительных крыльев истребителей НАТО.

Готовность сил НАТО. В течение первых 30 дней после российского вторжения прибалтийские силы на месте, как описано выше, с некоторыми ранними прибывающими подкреплениями НАТО могут эффективно противостоять российским силам, если их поддержат на театре дальними ракетными стрельбами, а также воздушными и морскими силами НАТО. Параметры успеха могут быть определены следующие: это сохранение контроля над столицами стран Прибалтики в течение первых 30 дней конфликта, отражение российского прорыва к Калининграду и нанесение потерь в половину сил первого российского эшелона.

Для восстановления национальных границ и окончательного отражения российского наступления понадобятся уже объединенные коалиционные силы. Здесь проблема видится не в наличии подкреплений НАТО, а в их готовности. За первые 30 дней конфликта следует развернуть силы высокой готовности для выполнения совместных задач НАТО.

Между тем совместимость между союзниками по НАТО, особенно в таких областях, как безопасная цифровая связь, управление воздушным пространством и координация огневой поддержки, остается не идеальной.

Сегодня США содержат в Польше на девятимесячной ротации тяжелую бригадную боевую группу с некоторыми средствами поддержки. Одна американская страйкер-бригада базируется в Германии. Одна американская воздушно-десантная бригада — в Италии. Все эти подразделения должны быть готовы сражаться в течение первых 30 дней конфликта. Но у этих трех американских бригад нет штаба дивизии. В прибалтийском сценарии они, вероятно, были бы прикреплены или переданы под оперативное управление другим подразделениям США или НАТО.

Кроме того, США могут развернуть хотя бы одно подразделение из континентальной части США в пределах этого 30-дневного окна. Американская 82-я воздушно-десантная дивизия в США постоянно находится в готовности развернуть полную бригаду в любой точке земного шара в течение 72 часов, а в течение 18 часов — оперативную группу из ведущих батальонов.

Поэтому потребуются боеприпасы и материалы в Таллине и Риге для снабжения переброшенных в случае конфликта американских воздушно-десантных бригад, а также для проведения ежегодных учений.

Кроме того, с имеющимся воздушным и морским транспортом США могут развернуть одно полное тяжелое подразделение в Прибалтике менее чем за 30 дней.

В июне 2018 года министры обороны НАТО согласились «в принципе» с предложенной США инициативой «30−30−30−30», что означает: альянс в течение 30 дней развертывает 30 батальонов, 30 военных кораблей и 30 воздушных эскадрилий. Если это будет достигнуто, то требование быстрого развертывания боевых сил в Прибалтике будет выполнено.

Одним из вариантов, который заслуживает серьезного рассмотрения, является недавнее предложение Польши о финансировании и создании тяжелого подразделения США в Польше. Чтобы снизить расходы и избежать оппозиции в Конгрессе, эта сила должна меняться каждые девять месяцев с тем условием, чтобы ее тяжелая техника оставалась постоянно на театре.

Дополнительно одна полевая артиллерийская ракетная бригада, оснащенная MLRS, должна быть перемещена в Польшу. Американское присутствие размером с дивизию в Польше расширит возможности США регулярно заниматься учениями в Прибалтике, резко сократит время ответа, существенно изменит баланс сил и улучшит как сдерживание, так и оборону.

Великобритания имеет у себя две бригады быстрого развертывания — 16-ю воздушно-десантную и Королевскую бригаду морской пехоты, которые могут быть готовы в течение первых 30 дней или даже меньше.

В текущей готовности — минимум три месяца, а может быть, и четыре требуются для развертывания бронетанковых подразделений в Прибалтике. Эти сроки слишком медленные. Франция и Великобритания должны предоставить по одной бронетанковой дивизии не позднее Д+30, если НАТО серьезно относится к защите Балтийского региона. Другие союзники могут предоставить меньшие подразделения, которые могут быть полезны с политической точки зрения и для обеспечения ключевых точек, но они не смогут существенно изменять соотношение сил.

На фоне общей депрессивной картины Польша — это единственное яркое пятно. В 2018 году Министерство обороны Польши объявило о создании четвертой тяжелой дивизии — 18-й «железной». К концу 2019 года будет развернуто две бригады этой дивизии. К 2022-му — третья бригада. С четырьмя тяжелыми дивизиями плюс одной парашютной бригадой (и идущими приобретениями систем Patriot и MLRS) Польша может укрепить оборону своей национальной территории, хотя ее способность предлагать войска для обороны стран Прибалтики менее ясна. Вероятно, что российские планировщики будут удерживать сильные наземные подразделения (вероятно, 20-ю гвардейскую общевойсковую армию) для потенциального использования против поляков, что уменьшит количество боевых единиц, которые могут быть использованы собственно против прибалтов. По этой причине основная масса польских сухопутных войск останется на территории Польши или вблизи нее.

Бронетанковый эшелон, состоящий из двух американских дивизий и по одной дивизии из Франции и Великобритании с малыми союзниками, требует одного обученного и обеспеченного штаба корпуса. Очевидным кандидатом является ARRC корпуса быстрого реагирования союзников, базирующийся в Великобритании. Штаб корпуса должен быть полностью готов к работе на Д+30 дней, а с продвинутым командным пунктом и начальным рабочим потенциалом на земле — на Д+14 дней. На практике, однако, этот штаб сейчас не обучен, не укомплектован и не экипирован для работы. Поэтому еще более лучшим решением стало бы восстановление 7-й армии США в качестве оперативного штаба полевой армии. Нет сомнений в том, что руководство США будет решающим.

Для достижения победы НАТО в Прибалтике необходимо, чтобы:

1) войска НАТО преодолели «Калининградский бастион» ПВО в пределах первых 14 дней конфликта для использования преимуществ авиации альянса на поле боя;

2) оперативные силы и быстро прибывающие подкрепления должны продержаться в Прибалтике 30 дней;

3) тяжелые подкрепления должны прибывать и вступать в бой не позже, чем через 30 дней после начала военных действий.

Сегодня НАТО не готово выполнить ни одно из этих требований. Пока это так, существует окно уязвимости, которое Путин может использовать.

Основное преимущество у России — это географическая близость. Российские войска в Западном военном округе будут готовы для пересечения границы всего за 7−10 дней после получения приказа, возможно под прикрытием учений. Признаками начала конфликта станут выдвижение полевых госпиталей, транспортировка больших объемов топлива и боеприпасов, активность полетов транспортной авиации и движение железнодорожных составов, активность в социальных сетях, размещение больших сил на границе и в Белоруссии, активизация информационных операций и пограничные провокации.

В идеале через 48−72 часа после начала приготовлений российской стороны к операции в Прибалтике Совет НАТО прикажет начать оборонительные приготовления. В Прибалтике резервисты будут отозваны в свои части, а активные подразделения переместятся на назначенные им общие оборонительные позиции. Силы быстрого реагирования США в Европе и на территории Соединенных Штатов будут оповещены и начнут перемещаться в районы для транспортировки и на аэродромы вылета. Силы быстрого реагирования в Великобритании, Франции и Германии будут делать то же самое. Вооруженные силы Польши будут переведены на высокий уровень готовности.

Если здесь все пойдет хорошо, то страны Прибалтики будут на начало конфликта обороняться семью действующими бригадами и тремя батальонами eFP с усилением в Литве — подошедшей из Польши одной тяжелой бригадой США и в Латвии и Эстонии — воздушно-десантными бригадами США — по одной для каждой страны.

Российская 1-я Гв. ТА будет атаковать Вильнюс с востока и юга при поддержке большей части армейской артиллерии и одной бригады спецназа. Дополнительная атака будет проводить одна мотострелковая дивизия (из двух бригад) и с одним воздушно-десантным полком по направлению Даугавпилс — Екабпилс — Рига. Это наступление будет включать в себя операции с парашютными и вертолетными десантами в тыловых районах с целью захвата ключевых переправ через Западную Двину.

Подразделения армейского корпуса в Калининграде будут обороняться на месте.

На востоке 6-я общевойсковая армия атакует, чтобы захватить Таллин. Бригада морской пехоты Балтийского флота может принять участие в поддержку этого наступления. Основные усилия 6-й армии одной мотострелковой бригадой и одним воздушно-десантным полком будут сосредоточены на направлении Нарва — Раквере — Таллин. Поддерживающая атака двумя воздушно-десантными полками будет осуществляться по линии Псков — Печоры — Тарту — Таллин. Одна бригада спецназа поддержит это наступление.

В резерве Западный военный округ будет держать одну дивизию ВДВ, одну бригаду спецназа и одну тяжелую артиллерийскую бригаду.

Действующие силы российского спецназа не будут использоваться в качестве маневренных отрядов, а вместо этого будут проводить атаки против критических узлов и инфраструктуры. Они будут смело и агрессивно использоваться в глубине территории Прибалтики.

Российские командиры будут агрессивно наступать при поддержке тяжелой артиллерии, атак вертолетов, самолетов ближнего базирования, кибератак и электронной войны. Будут использованы малые тактические дроны в «роях» для обнаружения целей для российской артиллерии. В то время как соотношение сил с точки зрения маневренных единиц не выглядит подавляющим, на практике российское превосходство в броне, артиллерии, радиоэлектронной борьбе и непосредственной авиационной поддержке будет решительным.

Хотя Финляндия и Швеция не являются официальными союзниками, они являются близкими партнерами по НАТО и ключевыми участниками в Балтийском регионе, которые, вероятно, не останутся в стороне от событий российской агрессии. С точки зрения союзников по НАТО, использование шведского воздушного пространства, аэродромов и территориальных вод значительно расширит воздушные и морские операции, усложнит российское планирование и существенно изменит баланс сил. Соответственно, НАТО следует поощрить Швецию и Финляндию к вступлению в Североатлантический союз в полном объеме в случае российской агрессии. Хотя маловероятно, что сухопутные войска этих государств будут отправлены в страны Прибалтики, обе эти нации смогут сыграть ключевую роль в сопротивлении российской агрессии с помощью своих воздушных и военно-морских сил.

Многие эксперты предполагают, что Россия будет поражать цели ракетными ударами в глубине территории Европы. Хотя это и возможно, но существуют и веские аргументы против расширения конфликта на этом пути. Такие удары повлекут за собой массовые разрушения и жертвы среди гражданского населения, объединят НАТО и повернут международное общественное мнение еще сильнее против России. Политически локализация конфликта как «пограничного» принесет выгоды, которые стоит рассмотреть Путину и его советникам.

Если вышеприведенные предположения о планировании конфликта верны, то основное усилие союзников будет заключаться в удержании Вильнюса. В ходе первого этапа борьбы возможна потеря Таллина и Риги. Но прибывающие на фронт дивизии — одна французская, одна британская, а также сводная дивизия НАТО — будут достаточно сильны, чтобы вернуть утраченные территории. Но для этого надо будет удержать Вильнюс.

Здесь присутствие тяжелой бригады США, прибывшей из Польши, будет иметь решающее значение. В идеале ее действия поддержат ударные вертолеты и системы РСЗО. Это подкрепление должно прийти к Вильнюсу до начала военных действий. В противном случае российская авиация и ракетная артиллерия смогут ухудшить, разрушить или воспрепятствовать прибытию формирования на фронт в боеготовом состоянии. Вторая страйкер-бригада США должна прибыть сюда из Польши на Д+7. В результате четыре маневренные бригады НАТО будут противостоять в Литве пяти российским. Местная топография с множеством ручьев, речных линий, болот и лесов, а также городская застройка в самой столице благоприятствует обороне. Противотанковые системы, такие как Javelin и ударный вертолет AH-64E Apache, помогут сравнять шансы в отношении масс российских танков.

Подавление российского бастиона A2/AD в Калининграде является обязательным условием, чтобы авиация НАТО — самое большое преимущество альянса — могла быть использована в самом начале конфликта. Затяжная воздушная кампания может занять слишком много времени или привести к серьезным потерям для союзных самолетов.

После того как Россия нарушит территорию НАТО и начнет наступательные действия в Прибалтике, поляки и силы США — польские 16-я механизированная, 11-я танковая дивизии и 6-я воздушно-десантная бригада плюс одна американская тяжелая боевая группа — должны быстро нанести удар, чтобы захватить эксклав Калиниграда и уничтожить здесь российские системы ПВО и ударные ракеты. Потеря Калининграда также нейтрализует Балтийский флот, который потеряет свой порт и объекты технического обслуживания. Это станет, возможно, ключевым решением конфликта в пользу НАТО.

После российской агрессии автору представляется разумным передача Калининграда Польше. Взятие Калининграда стало бы естественной компенсацией за территориальные потери Европы и формой компенсации за включение Крыма в состав Российской Федерации. Как минимум если Калининград вернется под российский контроль после конфликта, то он должен оставаться демилитаризованным.

На востоке Эстония будет обороняться у себя в секторе двумя бригадами и резервными формированиями против двух атакующих российских бригад. План кампании, описанный здесь, также предусматривает прибытие сюда до начала военных действий американской 173-й воздушно-десантной бригады с авиабазы «Авиано» в северной Италии.

В центре театра в Латвии местные силы двумя бригадами и местными резервами будут противостоять двум атакующим российским бригадам/полкам. Здесь задержка действий в Даугавпилсе и его окрестностях с важными переправами будет иметь решающее значение. Этот условный план кампании предусматривает развертывание в Латвии до начала военных действий одной воздушно-десантной бригады США из состава 82-й американской воздушно-десантной дивизии, постоянно размещенной на территории США.

Предполагается, что развертывание двух американских воздушно-десантных бригад произойдет до того, как российские войска пересекут границу и начнут наступательные операции. Обе американские воздушно-десантные бригады будут полагаться на заранее размещенные на театре запасы боеприпасов, хранящиеся в рассредоточенных местах в Эстонии и Латвии в мирное время.

Балтийские подразделения могут быть «усилены» элементами сил специального назначения США (SOF). Спецназ США, действующий с резервными прибалтийскими подразделениями в тылу и вдоль российских линий поставок, может также нанести серьезный ущерб и замедлить российское наступление.

На начальном этапе обороны стран Прибалтики важную роль сможет сыграть 10-я специальная группа США, ориентированная на непредвиденные обстоятельства в Европе. Ее три линейных батальона включают в себя 54 команды «А» из специалистов по оружию, связи, разведке, операциям и военной медицине, а также тактических авианаводчиков, необходимых для осуществления воздушной поддержки действий наземных войск.

В военных действиях в Прибалтике с самого начала будут участвовать силы специальных операций (ССО), организованные под командованием отдельных команд ССО НАТО для проведения стратегических разведывательных операций и прямых действий против важных целей. На уровне альянса НАТО может сразу же развернуть беспилотные системы — пять единиц RQ-4 Global Hawk, ударные беспилотники, а также двадцать самолетов дальнего радиолокационного обнаружения E-3 «Сентри».

На ранних этапах и далее во время кризиса космические системы США будут играть решающую роль, обеспечивая связь, навигацию, сфокусированное наблюдение, изображения (радиолокационные, инфракрасные и мультиспектральные), электронную разведку, разведку территории, измерение и разведку сигналов (MASINT) наряду с другими возможностями, жизненно важными для военной кампании.

Наступательные и оборонительные возможности США и России в космосе весьма обширны. Поэтому атака американских космических платформ — это тот вариант, который должны рассматривать российские военные планировщики. Однако подобная атака означала бы резкую эскалацию, предполагающую разрушительный ответ, учитывая стратегическую важность этих космических активов. Поэтому более вероятно, что Россия будет полагаться на быстроту и внезапность в короткой и локальной кампании, а не на расширение конфликта глобально и в космосе.

В подобной перспективе для США своевременные решения, основанные на стратегических показателях, до начала военных действий будут иметь решающее значение для выполнения эффективного плана кампании.

Учитывая, что в предложенном сценарии Россия инициирует агрессию, автор считает, что никакие убежища не должны предоставляться российским силам, действующим только через национальные границы. Но удары НАТО в глубине территории России по участвующим в кампании ракетно-артиллерийским и противовоздушным системам дальнего действия могут обострить конфликт. Глубокие удары вдали от театра военных действий могут привести к неконтролируемой эскалации.

Возможность использования Россией ядерного оружия предполагает необходимость более четкого и более выраженного заявления НАТО, что любое применение ядерного оружия получит немедленный и пропорциональный ответ. Твердое заявление о намерениях НАТО на этот счет может значительно усилить сдерживание и снизить вероятность эскалации.

Источник: https://eadaily.com/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.