О бое между «Бук-М3» и HIMARS из первых уст, а также о необычном ударе ВС России

Аналитика Геополитика и безопасность Новости Оружие

Недавние точечные ракетно-авиационные и ракетно-артиллерийские удары ВКС и РВиА России по командно-штабной инфраструктуре и фортификационным сооружениям ВСУ в Константиновке (ДНР), Мерефе и Чугуеве (в окрестностях Харькова) и Николаеве удостоились пристального внимания со стороны отечественных экспертных и обозревательских кругов.

Интеграция средств воздушной оптико-/радиотехнической разведки ВКС России и многоцелевых ударных платформ ВКС и РВиА в единое «информационное поле» принесла свои плоды на донбасском театре военных действий (ТВД). И подобная реакция не вызывает абсолютно никакого удивления, ведь буквально пяти-семи точечных ударов по вышеуказанным объектам хватило для ликвидации более чем 630 украинских боевиков из состава 92-й МБр и 16-го батальона 58-й МБр ВСУ, а также 250 наёмников из украинского «иностранного легиона». Очевидно, что для подавления объектов противника были задействованы малозаметные стратегические крылатые ракеты Х-101 с ЭОП не более 0,04 кв. м, тактические ракеты ЛМУР, а также дальнобойные 300-мм управляемые реактивные снаряды 9М544/549 из боекомплектов систем залпового огня «Торнадо-С». Они смогли легко преодолеть бреши в ослабленном противоракетном зонтике ВСУ, представленном рассредоточенными и кочующими самоходными огневыми установками 9А310М1 «Бук-М1» и «Стрела-10М3».

Тем не менее многочисленных подписчиков военно-технических ТГ-каналов и военно-аналитических изданий заинтересовал принцип целераспределения и выбор временных окон, обеспечивших столь высокие потери противника в ходе данного удара.

Целераспределение между носителями крылатых ракет Х-101 (ракетоносцами Ту-160М и Ту-95МС), многоцелевых ракет ЛМУР (Су-30СМ и Су-34) и взводами РСЗО «Торнадо-С» могло осуществляться посредством защищённых асинхронных каналов обмена данными, применяемых автоматизированной системой управления воинскими подразделениями в тактическом звене (АСУ ТЗ) «Созвездие». Применительно к Су-30СМ½ и Су-34 речь может идти о телекодовых радиоканалах обмена данными К-ДлИ и К-ДлУЭ, пролегающих преимущественно в частотном диапазоне от 960 до 1 215 МГц и нуждающихся в задействовании наземных комплексов воздушной связи НКВС-27 в качестве ретрансляторов и частотных преобразователей. Аналогичные каналы применяются и сетецентрическими терминалами обмена данными стратегических ракетоносцев Ту-95МС и Ту-160М/2.

Нанесение же удара в наиболее выверенном временном окне было достигнуто благодаря непрерывно осуществляемой оптико-электронной и радиоэлектронной разведке целевой инфраструктуры ВСУ, осуществляемой БПЛА семейства «Орион», контейнерными комплексами УКР-ОЭ/РТ, установленными на истребителях-бомбардировщиках Су-34 и сотрудниками агентурной разведки. В частности, удар был нанесён в момент присутствия на объектах максимально возможного количества личного состава ВСУ и наёмников. Инфракрасные модули с длиннофокусными объективами и оптическим зумом более 50Х, интегрированные в комплексы УКР-ОЭ вместе с дневными ТВ- и низкоуровневыми ТВ-датчиками, обеспечивают обнаружение многочисленной группы людей на удалении более 25−30 км в ночное время суток.

Вывод следующий: командование ВКС, а также Ракетных войск и артиллерии России сфокусировало внимание на комплексировании сетецентрической увязки между наземными и воздушными платформами тактической разведки, а также широчайшим перечнем высокоточных ударных средств поражения.

Также зафиксировано долгожданное обретение личным составом войск ПВО Сухопутных войск России навыка противодействия высокоточным управляемым реактивным снарядам M31A1 GMLRS, применяемым системами HIMARS, MARS-II и M270B1 MLRS.

Так, 25 июля, вслед за прозвучавшим полутора неделями ранее заявлением официального представителя Минобороны РФ Игоря Конашенкова о перехвате данных снарядов российскими системами ПВО, был обнародован и тип зенитно-ракетного средства, подтвердившего наиболее высокий потенциал в борьбе со снарядами M31A1. Им оказался перспективный войсковой зенитно-ракетный комплекс «Бук-М3», первые батареи которого начали поступать в строевые части войсковой ПВО в 2016 году.

На практике ознакомиться с потенциалом противодействия малоразмерным реактивным снарядам M31A1 боевому расчёту одного из строевых ЗРК «Бук-М3» войсковой ПВО России удалось в ходе отражения очередного недавнего массированного ракетно-артиллерийского удара системами HIMARS по нашим тыловым логистическим узлам на южноукраинском театре военных действий.

Об этом в интервью РИА Новости заявил пожелавший остаться анонимным оператор боевого расчёта «Бук-М3» и офицер войск ПВО Сухопутных войск России. Собеседник агентства отметил, что сложность противодействия данным снарядам обусловлена их малой эффективной отражающей поверхностью и высокой маршевой скоростью полёта, ограничивающими дальность и высотный рубеж их перехвата 22 км, а временное окно для поражения — лишь 10 секундами.

Мы провели собственный краткий анализ возможностей «Бука-М3» в противодействии снарядам M31A1, отталкиваясь от известных параметров радаров и особенностей системы наведения зенитных ракет данного ЗРК, а также от лётно-технических и электродинамических характеристик подлежащих перехвату управляемых реактивных снарядов M31A1 GMLRS.

Управляемые реактивные снаряды M31A1 со сверхмалой ЭПР не остановили «Бук-М3». 227-мм управляемые снаряды системы HIMARS отличаются крайне малой эффективной отражающей поверхностью — около 0,05—0,07 кв. м (сопоставимой с ЭПР 220-мм РС 9М27Ф систем «Ураган»), что снижает дальность их обнаружения радарами 9С36М самоходных огневых установок «Бук-М3» со стандартных 130 до 35 км.

После обнаружения снарядов на расстоянии 30 км вычислительным средствам пункта боевого управления комплексов «Бук-М3» необходим ещё 12-секундный отрезок времени для точного построения трасс атакующих объектов с дальнейшей выдачей целеуказания зенитными ракетам 9М317МА. За это время летящие со скоростью 750 м/с снаряды успевают преодолеть ещё около 9 км в направлении целевого объекта, в результате чего дальность сокращается примерно до 21 км.

Именно в этот момент и происходит пуск зенитных ракет, которые сбивают атакующие снаряды HIMARS на удалении 13—15 км от зенитно-ракетных батарей «Бук-М3». В чём же заключаются преимущества комплексов «Бук-М3» в сравнении с С-300ПМ при отражении ударов малоразмерными реактивными снарядами?

В первую очередь это способность одной батареи «Бук-М3» одновременно перехватывать 36 сложных целей противника, атакующих с различных воздушных направлений, что достигается благодаря оснащению зенитных ракет 9М317МА активными радиолокационными головками самонаведения семейства «Сланец» и наличию индивидуального 6-канального радара целеуказания на каждой из 6 огневых установок батареи. На этом фоне один дивизион С-300ПМ2 может одновременно перехватывать не более 6 целей противника, что обусловлено наличием лишь одного радара подсвета целей 30Н6Е и полуактивным наведением зенитных ракет 48Н6Е2, требующим непрерывного подсвета перехватываемого объекта вплоть до момента активации радиолокационного взрывателя.

Следовательно, в момент осуществления формированиями ВСУ массированного классического удара двумя установками HIMARS и отвлекающими «Ураганами» лишь комплексы «Бук-М3» способны перехватывать одновременно 28 атакующих реактивных снарядов.

Аналогичным потенциалом могут похвастаться и отдельные дивизионы/полки перспективных ЗРК средней и большой дальности С-400 и С-350 «Витязь», оснащённые сверхманевренными зенитными управляемыми ракетами 9М96Д/ДМ с активными радиолокационными ГСН аналогичного семейства «Сланец».

Обладая автономным приёмо-передающим трактом, обеспечивающим режим «выстрелил — забыл», данные головки самонаведения осуществляют автономный захват целей, разгружая целевую канальность и огневую производительность радаров подсвета/целеуказания 92Н6Е и 50Н6А и высвобождая обновляющиеся каналы для обработки новых целей. Как следствие, огневая производительность С-400 и «Витязей» также позволяет отражать массированные удары снарядами M31A1.

Между тем количество поставленных в строевые части и более дефицитных ЗРК С-350 «Витязь» (в отличие от более крупносерийно производимых ЗРК «Бук-М3») на сегодняшний день не позволяет свободно распределять их на украинский ТВД. Что же касается полковых комплектов ЗРК C-400 «Триумф», то в боекомплекты лишь ограниченного количества строевых полков и дивизионов данных комплексов были интегрированы ТПК с ЗУР-перехватчиками 9М96ДМ, в то время как большая часть комплексов по-прежнему располагают зенитными управляемыми ракетами 48Н6ДМ с полуактивными радиолокационными ГСН, ограничивающими канальность дивизиона шестью одновременно перехватываемыми воздушными объектами противника.

eadaily.com

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.