Запад признал исламистскую угрозу в Сирии

Геополитика и безопасность

Уже не первый месяц к ряду мы в этом блоге пытаемся рассказать читателям о проникновении на сирийскую территорию иностранных исламистов, а также действиях сирийских салафитов, чьи планы полностью противоречат намерениям подавляющего большинства сирийских революционеров.
С декабря прошлого года радикальная исламистская группа «Джунд аш-Шам», которая действует из ливанского лагеря беженцев «Айн аль-Хелу», неоднократно выступала с самыми тревожными заявлениями.
Далее в январе 2012 года произошли первые теракты в зданиях структур безопасности режима в Дамаске и Алеппо, которые многие приписывали «готовой сломаться» власти, как иногда говорят о ней, не скрывая ненависти. Мы же отнеслись к этому со скептицизмом, хотя в начале года режим и освободил связанных с «Аль-Каидой» активистов, в том числе Абу Мусаба аль-Сури, старого сирийского радикала, который в прошлом сражался вместе с Бин Ладеном.
Никто не захотел прислушаться к прозвучавшим всего несколько недель спустя словам главы американской разведки Джеймса Клеппера (James Clapper), который увидел за этой вспышкой насилия руку близкой к иракской «Аль-Каиде» группы «Джабхат ан-Нусра». Говорить, что в Сирию проникают исламисты, значит поддерживать пропаганду режима, твердили представители оппозиции.
В конце апреля Le Figaro опубликовал материал под названием «Сирия — новая территория джихада». Он стал результатом расследования ситуации на севере Ливана, через который в тот момент продвигались желающие принять участие в священной войне, в том числе и несколько французов, задержанных на ливано-сирийской границе.
До самого недавнего времени руководство Сирийского национального совета отрицало присутствие в Сирии большого числа радикалов и салафитов, которые были для него не слишком удобными союзниками. «Их не более 200», — уверяли они в середине октября французских депутатов Жоржа Сабру (Georges Sabra) и Абдель Басита Сиду (Abdel Bassit Sida). За две недели до этого во время выступления в Совете безопасности ООН международный эмиссар Лахдар Брахими оценил число проникнувших в Сирию иностранных боевиков в 2000 человек.
Три недели назад один американский дипломат сообщил руководителю оппозиции о своих опасениях насчет того, что «Алеппо и его регион превратятся в новый Рамади» (речь идет о суннитском городе на западе Ирака, который с 2005 года стал оплотом связанных с «Аль-Каидой» исламистов в Месопотамии). Как и американцы, британские дипломаты в последнее время больше не скрывают беспокойства насчет присутствия радикальных исламистов на севере Сирии, который в будущем может оказаться в руках мятежников.
Уже гораздо позднее об этом, наконец, заявили и французские официальные лица. Как бы то ни было, сегодня скрывать правду больше нельзя, пусть даже она и неудобна для всех защитников правого дела, то есть стремящихся к свободе сирийских революционеров.
Сегодня во французском Министерстве иностранных дел признают необходимость «в срочном порядке» провести реструктуризацию оппозиции с тем, чтобы она стала более представительной, а значит, и привлекательной для сирийского народа. Кроме того, это должно позволить оттеснить на второй план радикалов и салафитов, которые помимо свержения Башара Асада стремятся к формированию жесткого исламского государства. С этой точки зрения прозвучавший в понедельник отказ 14 вооруженных исламистских группировок признавать новую «национальную коалицию», которую организовали в Дохе десять дней тому назад, выглядит как недвусмысленный вызов.
Не стоит вилять и пытаться минимизировать масштабы возможного ущерба, когда 14 радикальных и салафитских групп объявляют о намерении установить «исламское государство» с опорой на свои оплоты в Алеппо и его регионе. Ситуация требует срочных действий. Хотя, может быть, уже слишком поздно? Уже не первый месяц к ряду мы в этом блоге пытаемся рассказать читателям о проникновении на сирийскую территорию иностранных исламистов, а также действиях сирийских салафитов, чьи планы полностью противоречат намерениям подавляющего большинства сирийских революционеров.
С декабря прошлого года радикальная исламистская группа «Джунд аш-Шам», которая действует из ливанского лагеря беженцев «Айн аль-Хелу», неоднократно выступала с самыми тревожными заявлениями.
Далее в январе 2012 года произошли первые теракты в зданиях структур безопасности режима в Дамаске и Алеппо, которые многие приписывали «готовой сломаться» власти, как иногда говорят о ней, не скрывая ненависти. Мы же отнеслись к этому со скептицизмом, хотя в начале года режим и освободил связанных с «Аль-Каидой» активистов, в том числе Абу Мусаба аль-Сури, старого сирийского радикала, который в прошлом сражался вместе с Бин Ладеном.
Никто не захотел прислушаться к прозвучавшим всего несколько недель спустя словам главы американской разведки Джеймса Клеппера (James Clapper), который увидел за этой вспышкой насилия руку близкой к иракской «Аль-Каиде» группы «Джабхат ан-Нусра». Говорить, что в Сирию проникают исламисты, значит поддерживать пропаганду режима, твердили представители оппозиции.
В конце апреля Le Figaro опубликовал материал под названием «Сирия — новая территория джихада». Он стал результатом расследования ситуации на севере Ливана, через который в тот момент продвигались желающие принять участие в священной войне, в том числе и несколько французов, задержанных на ливано-сирийской границе.
До самого недавнего времени руководство Сирийского национального совета отрицало присутствие в Сирии большого числа радикалов и салафитов, которые были для него не слишком удобными союзниками. «Их не более 200», — уверяли они в середине октября французских депутатов Жоржа Сабру (Georges Sabra) и Абдель Басита Сиду (Abdel Bassit Sida). За две недели до этого во время выступления в Совете безопасности ООН международный эмиссар Лахдар Брахими оценил число проникнувших в Сирию иностранных боевиков в 2000 человек.
Три недели назад один американский дипломат сообщил руководителю оппозиции о своих опасениях насчет того, что «Алеппо и его регион превратятся в новый Рамади» (речь идет о суннитском городе на западе Ирака, который с 2005 года стал оплотом связанных с «Аль-Каидой» исламистов в Месопотамии). Как и американцы, британские дипломаты в последнее время больше не скрывают беспокойства насчет присутствия радикальных исламистов на севере Сирии, который в будущем может оказаться в руках мятежников.
Уже гораздо позднее об этом, наконец, заявили и французские официальные лица. Как бы то ни было, сегодня скрывать правду больше нельзя, пусть даже она и неудобна для всех защитников правого дела, то есть стремящихся к свободе сирийских революционеров.
Сегодня во французском Министерстве иностранных дел признают необходимость «в срочном порядке» провести реструктуризацию оппозиции с тем, чтобы она стала более представительной, а значит, и привлекательной для сирийского народа. Кроме того, это должно позволить оттеснить на второй план радикалов и салафитов, которые помимо свержения Башара Асада стремятся к формированию жесткого исламского государства. С этой точки зрения прозвучавший в понедельник отказ 14 вооруженных исламистских группировок признавать новую «национальную коалицию», которую организовали в Дохе десять дней тому назад, выглядит как недвусмысленный вызов.
Не стоит вилять и пытаться минимизировать масштабы возможного ущерба, когда 14 радикальных и салафитских групп объявляют о намерении установить «исламское государство» с опорой на свои оплоты в Алеппо и его регионе. Ситуация требует срочных действий. Хотя, может быть, уже слишком поздно?

Уже не первый месяц к ряду мы в этом блоге пытаемся рассказать читателям о проникновении на сирийскую территорию иностранных исламистов, а также действиях сирийских салафитов, чьи планы полностью противоречат намерениям подавляющего большинства сирийских революционеров.
С декабря прошлого года радикальная исламистская группа «Джунд аш-Шам», которая действует из ливанского лагеря беженцев «Айн аль-Хелу», неоднократно выступала с самыми тревожными заявлениями.
Далее в январе 2012 года произошли первые теракты в зданиях структур безопасности режима в Дамаске и Алеппо, которые многие приписывали «готовой сломаться» власти, как иногда говорят о ней, не скрывая ненависти. Мы же отнеслись к этому со скептицизмом, хотя в начале года режим и освободил связанных с «Аль-Каидой» активистов, в том числе Абу Мусаба аль-Сури, старого сирийского радикала, который в прошлом сражался вместе с Бин Ладеном.
Никто не захотел прислушаться к прозвучавшим всего несколько недель спустя словам главы американской разведки Джеймса Клеппера (James Clapper), который увидел за этой вспышкой насилия руку близкой к иракской «Аль-Каиде» группы «Джабхат ан-Нусра». Говорить, что в Сирию проникают исламисты, значит поддерживать пропаганду режима, твердили представители оппозиции.
В конце апреля Le Figaro опубликовал материал под названием «Сирия — новая территория джихада». Он стал результатом расследования ситуации на севере Ливана, через который в тот момент продвигались желающие принять участие в священной войне, в том числе и несколько французов, задержанных на ливано-сирийской границе.
До самого недавнего времени руководство Сирийского национального совета отрицало присутствие в Сирии большого числа радикалов и салафитов, которые были для него не слишком удобными союзниками. «Их не более 200», — уверяли они в середине октября французских депутатов Жоржа Сабру (Georges Sabra) и Абдель Басита Сиду (Abdel Bassit Sida). За две недели до этого во время выступления в Совете безопасности ООН международный эмиссар Лахдар Брахими оценил число проникнувших в Сирию иностранных боевиков в 2000 человек.
Три недели назад один американский дипломат сообщил руководителю оппозиции о своих опасениях насчет того, что «Алеппо и его регион превратятся в новый Рамади» (речь идет о суннитском городе на западе Ирака, который с 2005 года стал оплотом связанных с «Аль-Каидой» исламистов в Месопотамии). Как и американцы, британские дипломаты в последнее время больше не скрывают беспокойства насчет присутствия радикальных исламистов на севере Сирии, который в будущем может оказаться в руках мятежников.
Уже гораздо позднее об этом, наконец, заявили и французские официальные лица. Как бы то ни было, сегодня скрывать правду больше нельзя, пусть даже она и неудобна для всех защитников правого дела, то есть стремящихся к свободе сирийских революционеров.
Сегодня во французском Министерстве иностранных дел признают необходимость «в срочном порядке» провести реструктуризацию оппозиции с тем, чтобы она стала более представительной, а значит, и привлекательной для сирийского народа. Кроме того, это должно позволить оттеснить на второй план радикалов и салафитов, которые помимо свержения Башара Асада стремятся к формированию жесткого исламского государства. С этой точки зрения прозвучавший в понедельник отказ 14 вооруженных исламистских группировок признавать новую «национальную коалицию», которую организовали в Дохе десять дней тому назад, выглядит как недвусмысленный вызов.
Не стоит вилять и пытаться минимизировать масштабы возможного ущерба, когда 14 радикальных и салафитских групп объявляют о намерении установить «исламское государство» с опорой на свои оплоты в Алеппо и его регионе. Ситуация требует срочных действий. Хотя, может быть, уже слишком поздно?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.