Украина-Румыния: место противостояния — Дунай

Геополитика и безопасность

В первых числах января 2013 года Минобороны Украины официально заявило о том, что в Одессе создано управление дивизиона речных кораблей Военно-морских Сил Вооруженных Сил Украины.

Местом дислокации дивизиона станет Практическая гавань Западной военно-морской базы ВМС, а в его задачи входит несение службы на пограничной реке Дунай, озерах, лиманах, а также внешних рейдах и прибрежных акваториях. В украинских ВМС дивизион станет уникальной частью, поскольку ранее речных сил в составе украинского флота не было.

Правильность и своевременность данного шага трудно переоценить. Дунай, являющийся пограничной территорией для многих стран, всегда был весьма «милитаризирован». Сегодня даже небольшие державы, имеющие выход к этой реке, имеют здесь военные флотилии. Например, Венгрия содержит на Дунае 1-й полк боевых кораблей с базой в Будапеште, Сербия – речную флотилию в составе 5 тральщиков, 8 сторожевых катеров, 2 десантных судов и судов обеспечения, и даже Хорватия представлена здесь своим Речным батальоном, вооруженным сторожевыми катерами.

Но для Украины, конечно же, главный интерес представляет Румыния, которая после блестящей победы над Киевом в ходе судебного оспаривания шельфа близ острова Змеиный в 2009 году, усиленно принялась отстаивать свои интересы на Дунае. На сегодня, как известно, Румыния не прекращает территориальный спор вокруг принадлежности пяти островов (в первую очередь — островов Майкан и Лимба) на этой реке.

Строительные работы на румынском Георгиевском канале уже изменили фарватер Дуная, что сделало возможным судоходство между островом Майкан и украинским берегом (ранее этот путь проходил с румынской стороны). На этом основании Румыния предлагает сдвинуть госграницу вглубь нынешней украинской территории.

Ситуация усугубляется жесткой конкуренцией между украинским глубоководным судовым ходом (ГСХ) «Дунай – Черное море» и румынским Сулинским каналом. Факт в том, что украинский проект отобрал у Румынии около 70% финансовой прибыли, которую она раньше получала от прохода транспортных речных судов через румынские протоки Дуная. Вместе с различными жалобами на Украину в международные организации, румынская сторона на протяжении последнего времени допускает прямые агрессивные действия – правда, пока в виде «речного хулиганства». От которого, впрочем, недалеко и до вооруженных стычек.

Между тем, «дунайские амбиции» Румынии подкреплены и военной составляющей. В частности, к началу XXI века Бухарест имел в составе своей Дунайской флотилии 9 мониторов (артиллерийских кораблей) — три больших и шесть малых, 18 артиллерийских катеров, более 20 катерных тральщиков, а также десантные самоходные баржи и вспомогательные суда. В 2005 году на базе ранее расформированных 24-й речной бригады в Браиле и 27-й речной и морской бригады в Тульче, куда входили эти корабли и катера, было создано Командование военно-морскими речными операциями (Componenta Fluvialâ a Comandamentului Operaţional Naval), а в 2007 году на ее основе — Речная служба (Serviciul Fluvial). Новая структура, имея нейтральное название, тем не менее, обладает серьезной мощью, являясь де-факто военной флотилией: в ее состав входит 67-й дивизион артиллерийских кораблей (Divizionul 67 nave purtătoare de artilerie) и 88-й дивизион речного наблюдения (Divizionul 88 vedete fluviale). Плюс румынская Речная служба получила и «сухопутную поддержку» — близ границы с Украиной на берегу Дуная размещены два батальона румынского спецназа.

Этим румынским силам на Дунае украинский флот на сегодня не может противопоставить ничего. Те корабли и катера, которые дислоцировались на реке в составе ВМФ СССР, в 1992 году по совершенно непонятным причинам были выведены из состава флота и либо утилизированы, либо переданы Пограничным войскам. В результате, Украина, ставшая в последние годы перманентной мишенью для территориальных претензий с румынской стороны, демонстрирует на пограничной реке полнейшую слабость и непростительную легкомысленность.

Таким образом, создание дивизиона речных кораблей в составе ВМС Украины – шаг, вне всяких сомнений, правильный и своевременный. Однако в нынешних украинских условиях он все же вызывает некоторые вопросы.

Прежде всего, непонятен политический аспект этого решения. Нынешняя украинская власть и провластная Партия регионов неоднократно заявляли о том, что на данный момент и ближайшую перспективу для Украины нет, и не предвидится военных угроз. Так, совсем недавно, в сентябре этого года об этом рассказывал начальник Генерального штаба – Главнокомандующий ВС Украины генерал-полковник Владимир Замана в интервью правительственной газете «Урядовый курьер». «В ближайшее время военная агрессия по отношению к Украине не прогнозируется», — убежденно вещал он. А немногим ранее о том же заявил в ходе парламентских слушаний секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Андрей Клюев. По его словам, «как минимум в ближайшие 5-7 лет вооруженная агрессия по отношению к Украине маловероятна».

Более того: в утвержденной президентом Виктором Януковичем 8 июня 2012 года новой Военной доктрине Украины прямо сказано, что «Украина считает, что вооруженная агрессия, в результате которой может возникнуть локальная или региональная война против нее, в среднесрочной перспективе маловероятна». Кстати, именно эта формулировка стала базой для нынешнего сокращения и без того уже мизерных Вооруженных сил Украины – как известно, согласно планам президента В. Януковича, из прежде почти миллионной военной группировки в Украине к 2017 году останется лишь 100 тысяч человек, из которых военных будет всего 70 тысяч.

Неминуемо возникает вопрос: если украинская власть так убеждена, что военная угроза для страны маловероятна, и на основе этого убеждения усиленно режет армию и флот, то как объяснить создание новой структуры в составе ВМС? Причем речь идет не о подразделениях «двойного назначения», которые можно использовать, например, для участия в ликвидации стихийных бедствий, а о силах, которые применимы исключительно в ходе прямого вооруженного противостояния. Есть какая-то странная непоследовательность в этих военно-политических декларациях и реальных действиях.

К этому добавим экономический аспект. Новая структура – это деньги, которые необходимо затратить на ее создание. Между тем, военный бюджет-2013 и без того урезан более чем на 1 млрд грн по сравнению с 2012 годом, на решение первоочередных армейских проблем – переход на контрактную армию и строительство жилья для военных – средства фактически не выделены. И уж тем более в нынешнем бюджете Минобороны не предусмотрено денег на формирование новых структур. Получается, надо урезать и без того мизерные расходы на иные цели. А попутно – плодить новых бездомных военнослужащих, поскольку на сегодня в Одесском гарнизоне, где будет дислоцироваться штаб нового дивизиона, и без того стоит в очереди на жилье порядка 2 500 военнослужащих, многие из них ожидают квартиры по 25-30 лет.

Однако самая главная проблема касается оснащения создаваемого дивизиона речных кораблей. Как официально сообщило Минобороны Украины, на данный момент в его состав временно переданы из других частей ВМС (речь идет о дивизионе кораблей охраны и обеспечения) 3 однотипных артиллерийских катера с экипажами. Одновременно планируется, что в 2013 году в состав дивизиона введут первые 2 бронированных артиллерийских катера проекта «Гюрза-М» украинской разработки и постройки, тогда же начнется подготовка экипажей. А в 2014 году будет полностью завершено формирование дивизиона, укомплектованного новыми катерами этого типа. В дальнейшем созданные речные силы ВМС Украины будут развиваться за счет получения новых катеров также украинского производства.

В двух словах о технике и вооружении. Основа создающихся речных сил ВМС Украины — бронекатер проекта 58155 («Гюрза-М») — разработан николаевским предприятием «Казенный исследовательско-проектный центр кораблестроения» и является дальнейшим развитием катеров проекта 58150 («Гюрза»). При этом базовый катер уже успел пройти испытания, правда, в составе вооруженного формирования другой державы: 2 катера «Гюрза» были построены киевской «Ленинской кузницей» в 2004 году по контракту в 5,6 млн. долл для пограничной службы Узбекистана. По информации разработчика, «Гюрза-М» имеет полное водоизмещение 50,7 тонн, дину 23 м, ширину 4,8 м и осадку 1 м. Максимальная скорость хода — до 25 узлов, дальность плавания экономичным ходом 700 миль, автономность 5 суток. Экипаж пять человек. Вооружение катера составляют два дистанционно управляемых морских боевых модуля БМ-5М.01 «Катран-М» производства ГП «Николаевский ремонтно-механический завод», представляющих собой вариант боевого модуля БМ-3 «Штурм» для бронетехники. Каждый модуль включает 30-мм автоматическую пушку ЗТМ1, 30-мм автоматический гранатомет и 7,62-мм пулемет КТ, а также 2 ПТУР «Барьер» с лазерной системой наведения. Катер оснащен оптико-электронной системой управления огнем и имеет также комплект переносного зенитно-ракетного комплекса.

Закладка двух первых катеров «Гюрза-М» для ВМС Украины состоялась на «Ленинской кузнице» в Киеве еще в конце октября 2012 года. Тогда же было заявлено, что эти катера планируются к применению для решения задач в бассейне реки Дунай и в прибрежной зоне Черного и Азовского морей, — правда, о планах создать отдельный дивизион речных кораблей ВМС в военном ведомстве тогда умолчали. В то же время, Минобороны сообщило, что до 2017 года планируется построить для ВМС Украины 9 катеров типа «Гюрза-М». Что ж, 9 украинских артиллерийских катеров, хоть по огневой мощи и уступают в несколько раз силам румынской Речной службы на Дунае, но уже хотя бы какой-то минимум.

И вот здесь поневоле возникает вопрос о финансировании постройки этих катеров. Как мы отмечали, с урезанным военным бюджетом-2013, средства на закупку уже строящихся катеров Минобороны будет найти очень непросто. В то время, как в прошлом году у Минобороны постоянно возникали проблемы с расчетами за работу судостроителей.

Так, как сообщил на встрече с судостроителями в начале января 2013 года председатель Николаевской облгосадминистрации Николай Круглов, в прошлом году судостроительным предприятиям города очень мешала задержка поступления платежей от Министерства обороны, из-за чего был сорван график финансирования программы «Корвет», а также «со скрипом» поступали расчеты за выполненный ремонт военных кораблей. Найдет ли в этих условиях Минобороны средства для своевременного финансирования строительства новых бронекатеров – вопрос, думается, риторический.

Кстати, и во время церемонии закладки первых двух катеров «Гюрза-М» первый заместитель министра обороны Украины Александр Олейник также отметил, что количество построенных катеров этого проекта для украинских ВМС «будет зависеть от финансирования». А потому, в итоге, реализация планов по созданию речных сил ВМС Украины – в виде боеспособного дивизиона, а не на бумаге, — увы, еще под большим вопросом.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.