О Концепции внешней политики Российской Федерации от 12 февраля 2013 года

Геополитика и безопасность

vgeshn_politikaДавно не брал я в руки шашки!

Было время, славно посмеялся я над убожеством опубликованных Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года и Военной доктрины Российской Федерации. Но те документы, вероятно, были написаны военными. А они люди грубые. Сапоги. Портупея. Что с них взять? Прикажут им круглое тащить, а квадратное катить – закряхтят, но покатят. Деваться им некуда: приказ есть приказ, не выполнить его нельзя. Приказали им написать Стратегию и Доктрину – написали. А то, что получилось курам на смех, не их вина. Это наша общая беда. Не тем поручили.

Вот дипломаты – иное дело. Искусники слова. Им и карты в руки. Решили выпустить Концепцию внешней политики Российской Федерации как систему взглядов на базовые принципы, приоритетные направления, цели и задачи внешнеполитической деятельности Российской Федерации. Кому, как не им, этим заняться? Хочется надеяться, что поработали от души, постарались на славу и представили на суд общественности текст, в котором и комар носа не подточит. Каждое слово единственно верное и точное, стоит строго на своем месте. Все по науке. Любое предложение – что железобетонная конструкция: никуда не вывернешь, не изогнешь, не извратишь. Никакой двусмысленности и недопонимания.  Что в идеале мы ожидали увидеть?

Первое – и самое важное! – представление Российской Федерации как субъекта. Со своими интересами, предпочтениями (приоритетами) и представлениями. С четко сформулированной национальной идеей. Попутно хотелось бы ознакомиться с обоснованием, какие внешнеполитические задачи должны быть решены в первую очередь, какие – во вторую, а какие могут подождать и до лучших времен, не до них пока. А вот пути решения этих задач, задействуемые механизмы и рычаги можно было бы и не расписывать: сила дипломата не только в возможности не говорить «нет», но в отсутствии твердить легко прогнозируемое «да». Пусть для потенциального недоброжелателя располагаемый инструментарий российской внешней политики таит неприятные неожиданности.

Второе – проработанную терминологию. В политический обиход внедрились слова с неясным содержанием, такие как «ценности», «цивилизации» и так далее. В научных кругах их трактуют и так, и эдак. Никак договориться ученые мужи не могут. А тут появляется государственный документ – удобный повод прекратить все споры, взяв за основу содержащийся в нем глоссарий.

В третьих, ожидалось увидеть «работу над ошибками». В последнее время много нареканий сыпалось в адрес российской дипломатии. «Сдача» Югославии и Ливии, территориальные уступки, многомиллиардные финансовые потери. Попытки создания каких-то политических сообществ по этническому принципу с охватом части российского Северо-востока. Широкой общественности интересно узнать, как в будущем наши славные дипломаты собираются избегать допущенных ранее ошибок.

И первое, и второе, и третье, повторюсь, ожидалось в идеале. А в жизни ничего хорошего, как всегда, не получилось. Судите сами.

1. Общее видение внешней политики

В тексте Концепции внешней политики Российской Федерации (далее – КВП) слово «интересы» встречается неоднократно. Признается, что у России существуют какие-то (хотелось бы знать, какие именно?!) интересы как одного из влиятельных и конкурентоспособных центров современного мира (п. 4а КВП), что ее национальные интересы что-то диктуют (п. 24 КВП), что есть «внешнеполитические интересы России» (п. 27 КВП) и т.д. Существуют, оказывается, законные интересы российских граждан (п. 4ж КВП) и законные интересы соотечественников, проживающих за рубежом (п. 39г КВП), «интересы отечественных экономических операторов за рубежом» (п. 4е КВП), «интересы отдельных государств» (п. 31б КВП), «интересы всего мирового сообщества» (п. 35 КВП). Есть «законные интересы российских детей, проживающих за рубежом» (п. 39н КВП), интересы коренных народов (п. 65 КВП) и «интересы этнических групп» (п. 91 КВП). Есть «баланс интересов» и «взаимные интересы» (п. 68 КВП).

Довольно часто слово «интерес» в КВП используется и в ином значении – в смысле «с целью». Например, в п.14 КВП говорится Стремление вернуться к своим цивилизационным корням отчетливо прослеживается в событиях на Ближнем Востоке и в Северной Африке, где политическое и социально-экономическое обновление общества зачастую проходит под лозунгом утверждения исламских ценностей. Схожие процессы наблюдаются и в других регионах, что выводит в разряд первоочередных приоритетов мировой политики задачу предотвращения межцивилизационных разломов, наращивания усилий в интересах формирования партнерства культур, религий и цивилизаций, призванного обеспечить гармоничное развитие человечества.

Нет возражений по п. 24 КВП, содержащему следующие слова: Россия проводит самостоятельный и независимый внешнеполитический курс, продиктованный ее национальными интересами и опирающийся на безусловное уважение международного права.

Справедливо недоумение: так что же это такое? – национальные интересы, определяющие Россию как субъекта и международного права, и суверенного государства, обладающего уникальными чертами. Как некую целостность, сложную систему.

Один понимает «национальные интересы» так, другой – иначе, по-разному расставляют приоритеты их реализации. Без точного наполнения этого понятия рассыпается паззл, не реализуется системный подход. Нет единого видения внешней политики страны. Одна эклектика. Внешнеполитические мероприятия планируются и осуществляются спонтанно, без связи друг с другом. Представленный текст КВП, собственно говоря, это демонстрирует.

Создается впечатление, что КВП подготовлена не министерством иностранных дел РФ, а какой-то группой поддержки министерства обороны или внутренних дел, основная забота которых – борьба с терроризмом и оборона страны. В п. 4 КВП так и говорится: обеспечение «защищенности личности, общества и государства» – высший приоритет национальной безопасности, посему главные внешнеполитические усилия должны быть сосредоточены на достижении соответствующих целей. О закавыченных словах придется еще поговорить ниже. Здесь добавим лишь, что буквосочетание «террор» встречается в тексте КВП чаще, чем слово «Россия». Нужно ли еще что-нибудь говорить по этому поводу?

Может, однако, не все так запущенно? Где-то как-то выделяется общая, объединяющая внешнеполитические мероприятия идея? Может, встречаются все же в тексте КВП какие-либо слова, касающиеся России как целостности? Ради справедливости скажем: встречаются.

Последний, 104 пункт КВП звучит следующим образом: Последовательное осуществление государственной внешней политики России призвано создавать благоприятные условия для реализации исторического выбора народов Российской Федерации в пользу правового государства, демократического общества, социально ориентированной рыночной экономики. Но здесь не ясно, что такое рыночная и, одновременно, социально ориентированная экономика. И утверждение, что народы России сделали «исторический выбор» в пользу такой экономики, представляется весьма спорным.

Более чем спорными выглядят утверждения, содержащиеся в пп. 54 и 56 КВП, о том, что Россия якобы есть «неотъемлемая, органичная часть европейской цивилизации, связанная с государствами Евро-Атлантического региона не только географией, экономикой и историей, но и глубокими общецивилизационными корнями». Возможно, для дяди-миш-миллиардеров это и так. Возможно, эту точку зрения разделяет часть российских дипломатов, десятилетиями проживающих в женевах-страсбургах и с тоской в глазах смотрящих на шумные празднования ЛБГТ-сообществ. Но ученые-этнопсихологи давно пришли к выводу, что русское мироощущение существенно отличается от европейского. Мы, русские, иные. Буквально ко всем жизненным коллизиям относимся не так, как европейцы. Да и сами порассуждайте: сколько уж веков Россия «просится» в Европу, и сколько веков чинные европейцы шарахаются от нее, как черт от ладана. Сколько уж лет не может решиться простой и весьма частный вопрос, не стоящий выеденного яйца, – отмена визового режима для туристических поездок россиян в Европу и европейцев в Россию!

Возмущение вызывает п. 33 КВП, начинающийся словами Своими высокими темпами экономического роста, основанного на стабильном экспортном и расширяющемся внутреннем спросе, уникальными природными и накопленными финансовыми ресурсами, ответственной социально-экономической политикой Россия вносит значительный вклад в обеспечение стабильности глобальной экономики и финансов… Кто и где видит «высокие темпы экономического роста», «накопленные финансовые ресурсы» и «ответственную социально-экономическую политику»?! Про деиндустриализацию страны не надо лишний раз вспоминать, чтоб не портить себе настроение, про крайнюю нищету российской глубинки и подавляющего большинства ее населения – тоже. Достаточно отметить лишь, что все накопленные Россией финансовые ресурсы, хранящиеся в иностранных банках, в условиях бесконтрольного печатания долларов и евро могут превратиться в ничто буквально за день-два. Соответственно, возмущает и упоминание донорского потенциала страны в п. 36 КВП: Россия рассматривает устойчивое социально-экономическое развитие всех стран как необходимый элемент современной системы коллективной безопасности и исходит из того, что содействие международному развитию должно быть нацелено на поиск эффективных путей поддержки усилий по ликвидации дисбалансов в развитии различных регионов. В этих целях Россия, используя свой донорский потенциал, проводит активную и целенаправленную политику в сфере содействия международному развитию как на многостороннем, так и на двустороннем уровне. Как это по-русски – содействовать чужому развитию в ущерб собственному!

В отсутствие руководящей идеи в текст КВП не могли не закрасться отдельные неточности. Вряд ли имеет смысл вытаскивать их все на божий свет. Отметим лишь два момента:

— в п. 32с КВП утверждается, что региональные конфликты не имеют силового решения. Простите, а спасение от геноцида народов Южной Осетии и Абхазии произошло не силовыми методами? А французские коммандос, погасившие в апреле 2011 года гражданскую войну в Кот-д`Ивуаре, вели с аборигенами дружеские диалоги и переговоры?

— в п. 7 КВП в одном абзаце говорится о снижении опасности развязывания крупномасштабной войны и, одновременно, о размывании «структуры глобальной безопасности». Надо бы определиться: либо растут военные угрозы России, как считает, в частности, Генеральный штаб ВС РФ, либо сохраняется положение, образовавшееся при министре иностранных дел РФ Козыреве – «все хорошо, прекрасная маркиза».

В завершении этого подраздела целесообразно отметить, вероятно, также налет какой-то чисто детской ограниченности и наивности, незримо присутствующий в КВП. Иначе не воспринимаются, например, такие пассажи, как Центром регулирования международных отношений и координации мировой политики в XXI веке должна оставаться ООН, которая доказала свою безальтернативность (п. 29 КВП), а также Россия ожидает, что американская сторона в своих действиях на мировой арене будет строго руководствоваться нормами международного права, прежде всего Устава ООН, включая принцип невмешательства во внутренние дела других государств (п. 71 КВП). Пора бы нашей дипломатии и забыть про подгузники.

2. Терминология

Отсутствие в КВП необходимой основы – целостного представления России и ее национальных интересов, не могло не сказаться на качестве этого документа в целом. Как одно из следствий, в тексте КВП наблюдается употребление множества терминов, не имеющих в настоящее время однозначного понимания. Вот далеко не полное перечисление:

— национальные приоритеты (п. 4д КВП). Что это такое, не раскрывается;

— цивилизации (встречается неоднократно). Ну, решил по какой-то своей причине некий публицист по фамилии Хантингтон, что ныне на планете сосуществуют несколько цивилизаций, так неужто надо идти у него на поводу?! По телевизору рассказывают, что мужчины и женщины – это пришельцы с разных планет, надо и этому верить? Под этот же дефис можно отнести и такие неопределенные словосочетания, как цивилизационное измерение (п.13 КВП), цивилизационная идентичность (п. 14 КВП) и цивилизационные отношения (п. 30 КВП);

— глобальная турбулентность (п. 8 КВП). Не ясно, как прокомментировать;

— сетевая дипломатия (п. 9 КВП). Про «челночную» дипломатию более-менее наслышаны, «сетевая» – не иначе, как научное открытие;

— гуманитарная ситуация (п. 31г КВП). Вероятно, просто неудачное словосочетание;

— международная информационная безопасность (п. 32);

— универсальные демократические ценности (п. 39 КВП).

Хватит, наверное, перечислять. Добавим лишь, что в текст КВП закрались и старые, давно известные ляпы, рожденные полуграмотными преподавателями специальных учебных учреждений, созданных для тусовки будущих высокопоставленных государственных чиновников, имитирующих повышение своей квалификации. К ним, в частности, относится упоминаемое выше словосочетание «обеспечение защищенности личности, общества и государства». Кто-то может беспокоиться о защищенности личности, но для обеспечения защищенности общества требуются уже иные методы, иные общественные институты, для защиты интересов государства – третьи, к которым, несомненно, относится и министерство иностранных дел РФ как государственная структура.

Очевидно, что без точного наполнения всех используемых в КВП терминов положения ее теряют ясность. Ситуация, схожая с отправкой письма, адресованного «на деревню дедушке».

3. Работа над ошибками

Вопиющие «недоработки» российской дипломатии видны и слепому. Практически в каждой сфере деятельности – свой «скелет в шкафу».

Вот, скажем, область финансов. Государственные средства, полученные от налогов и сборов за российский экспорт углеводородов и прочего минерального сырья, хранятся в зарубежных банках, на них «капают» мизерные проценты. В то же время многие российские государственные (!) учреждения вынуждены занимать за рубежом немалые средства, соглашаясь на выплату гораздо больших процентов. Как долго это безобразие будет продолжаться?!

Но деньги – дело наживное, лишь земля имеет вечную ценность. Какова ситуация с российской территорией?

Сразу вспоминается «соглашение Бейкера-Шеварднадзе», по которому были «разграничены» морские пространства в Беринговом и Чукотском морях. При этом США перешло 200 российских миль экономической зоны, 7,7 тыс. квадратных километров водной поверхности и 46,3 тыс. квадратных километров континентального шельфа. Американский Конгресс поспешил ратифицировать это соглашение, российский парламент до сих пор его «рассматривает». Но тихоокеанской селедки в наших магазинах найти уже практически невозможно, а цена на «кошачью радость» – минтай – выросла многократно. Какой выход из сложившейся ситуации предлагается в КВП?

Китаю уже подарен остров Тарабаров и часть острова Большой Уссурийский в русле реки Амур, в результате чего Россия понесла многомиллиардные убытки. Такая практика будет продолжена или нет?

Норвегии передано 86 тыс. квадратных километров российской территории в экономической зоне Баренцева моря, где наши рыбаки добывали 50% северной рыбы, а на шельфе советскими еще геологами были обнаружены огромные запасы углеводородов. Договор быстренько ратифицировали обе стороны – и Россия, и, естественно, Норвегия. Норвежцы выждали год, а недавно объявили, что начинают перемещение своих буровых платформ со старых, уже исчерпанных морских месторождений, на подаренные им Россией. На очереди Штокман и далее везде, или нет?

Особое положение занимает Договор между РФ и Азербайджанской Республикой о государственной границе, подписанный президентами двух стран 3 сентября 2010 года и ратифицированный в 2011 году (о бассейне реки Самур). По этому договору помимо территории Россия отдала Азербайджану два лезгинских села с примерно 600 проживающими в них российскими гражданами. Комментарии излишни.

На очереди – Южные Курилы? Какое решение по ним планируется принять, учитывая расплывчатость формулировки п. 85 КВП: Российская Федерация намерена проводить курс на динамичное развитие добрососедских многоплановых отношений с Японией. На фоне продвижения всего комплекса двустороннего сотрудничества и взаимодействия на международной арене Россия будет продолжать и диалог о путях взаимоприемлемого решения неурегулированных вопросов.

Вроде бы ответы на поставленные здесь вопросы содержатся в КВП, в п. 31д которой говорится о намерении вести дело к завершению международно-правового оформления государственной границы Российской Федерации, а также границ морского пространства, в отношении которого она осуществляет суверенные права и юрисдикцию, при безусловном обеспечении национальных интересов России, прежде всего в сфере безопасности и экономики, исходя из задачи укрепления доверия и сотрудничества с сопредельными государствами. Но поскольку понятие национальных интересов осталось за рамками Концепции, что и как конкретно планируется сделать, как проведена «работа над ошибками», остается не ясным. Тревожные предчувствия, однако, возникают из-за неуместного упоминания задачи укрепления доверия и сотрудничества.

4. Заключение

После всего перечисленного делать какие-либо выводы и оценки в отношении представленной Концепции внешней политики Российской Федерации, откровенно говоря, излишне. Но нельзя не прокомментировать концовку этого документа.

В п.95 КВП говорится, что Президент Российской Федерации в соответствии со своими конституционными полномочиями осуществляет руководство внешней политикой страны и как глава государства представляет Российскую Федерацию в международных отношениях. В пп. 96-98 КВП закреплены обязанности и полномочия парламента, Совбеза РФ и правительства страны в сфере внешней политики.

В соответствии с п. 99 КВП функционал министерства иностранных дел РФ сводится к «разработке общей стратегии внешней политики, представлению соответствующих предложений президенту, ведению работы по реализации внешнеполитического курса и координации внешнеполитической деятельности федеральных органов исполнительной власти».

Получается, что ни один Чрезвычайный и Полномочный Посол, ни один консул, атташе и прочие дипломаты не представляют страну за рубежом?! Но что тогда, простите, они там делают?! Кого представляют? Частную лавочку? Щеки надувают да народные средства проедают-пропивают? «Реализацию внешнеполитического курса» можно поручить мелким клеркам или совместителям, а мидовцы, если представленная Концепция будет реализована, пусть сидят на Смоленской, уточняют общую стратегию и координируют.

Правильно? Правильно-неправильно ли, но справедливо.

1 thought on “О Концепции внешней политики Российской Федерации от 12 февраля 2013 года

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.