Начало 2-й Мировой войны со страниц военного дневника Гальдера – часть 2

История

big_6405982-й том дневниковых записей Гальдера (1 января – 30 июня 1940 г.)

1 января 1940 г. состоялось совещание с Начальником Генерального штаба вермахта (ОКВ) генерал-фельдмаршалом Кейтелем. На совещании Гальдер пожаловался на грубое вмешательство Гитлера в руководство сухопутными войсками, что само по себе очень опасно. Кейтель заверил, что подобное вмешательство в дальнейшем практиковаться не будет. Гальдер получил разрешение отдавать приказы от имени Главкома СВ. Были затронуты и другие вопросы боевой готовности. В частности, о возмещении потерь в ходе боя за счет кадров, обученных непосредственно на поле боя. Шире использовать воздушно-десантные войска. Парашютистов включать в сухопутные войска в качестве штурмовых батальонов. Вновь (который раз) рассматривался вопрос введения противника в заблуждение, путем перегруппировок танковых частей и переброски войск вдоль линии фронта.

Гальдер в этот день записал: «Бессарабия. Это небезопасно! Мы заинтересованы в том, чтобы на Балканах при любых обстоятельствах было спокойно. Распыление сил для нас – самое неприятное. Наше стремление — отвлечь Россию, направить ее на Афганистан и Индию. Торговые переговоры с Россией идут более успешно после занятия нами твердой позиции». И еще в записи от 11 ноября: «Надо вернуться к борьбе против большевизма. Убежден, что борьба с Западом возможна только после уничтожения большевизма».

В этот период, командование сухопутными войсками Германии было озабочено недовыполнением промышленностью страны заявок на производство вооружения и боевой техники. Реальные возможности германской экономики не соответствовали масштабам гитлеровской агрессии. Из всего затребованного вермахт мог получить только четверть. В интересах вермахта началась тотальная мобилизация германской экономики. Была задействована экономическая мощь всех, оккупированных к этому времени стран, а к моменту нападения на Советский Союз и всей Европы.

Германия испытывала большие потребности в цветных металлах, нефти и каучуке. Одновременно с увеличением производства обычных боеприпасов, были приняты меры к выпуску 105 мм артиллерийских снарядов и авиабомб с отравляющими веществами. Было произведено новое боевое отравляющее вещество «Гелан», со смертельным исходом в течение нескольких минут, а типа «Аллоген» противогаз не защищал.

С 1 февраля вплоть до 9 апреля 1940 г. в дневнике Гальдера подробным образом, день за днем, освещаются вопросы подготовки войск к наступлению по плану «Гельб» и операции «Везерюбунг» вторжения в Норвегию и Данию.

План наступления на Францию «Гельб» тщательно изучается во всех группах армий и в Генштабе сухопутных войск. Проводятся военные игры, практическая проверка на войсках применение дымов, использование акустических указателей направления наступления в условиях задымления и ночью, опознавание войск и самолетов. Войска готовятся к ожесточенным боям, особенно на территории Голландии, где было оборудовано несколько сильно укрепленных оборонительных рубежей, эшелонированных с Востока на Запад. Первый рубеж прикрытия проходил по р. Маас. Основные силы голландской армии расположились на втором оборонительном рубеже – «Линии Пеель» и «Линии Греббе». Третью полосу обороны составляла «Крепость Голландия». Далее шли зоны затопления. Союзное командование полагало, что голландские войска, имея такую мощную систему обороны, смогут нанести немцам серьезные потери и задержать их до подхода 7-й французской армии. Немцы учитывали это и тщательно готовили войска.

Большое внимание было уделено подготовке ВВС. На февраль 1940 г. в разведывательной авиации вермахта насчитывалось более 30 эскадрилий, на самолетах «Хеншель-126» и «Дорнье-17Р». Истребительная авиация на самолетах Ме-109Е, всего 26 авиагрупп в том числе одна ночных истребителей. Истребительно-бомбардировочная авиация в составе 8 групп Ме-110, и две авиагруппы Ме-109, Ме-110. Наиболее мощная бомбардировочная авиация состояла из 47 авиагрупп (одна авиагруппа имела 3 эскадрильи, всего 27 самолётов). Самолеты «Хейнкель-III и Ю-88 с бомбами 500 и 1000 кг. Пикирующие бомбардировщики Ю-87 и Ме-210 с дополнительными баками и воющими сиренами. Всего 10 авиагрупп. Штурмовой авиации одна авиагруппа, транспортной – шесть авиагрупп. Планом «Гельб» предусматривалось за 45 мин. до начала наступления произвести массированный налет (1/3 всей авиации) на французские военные аэродромы.

Сухопутные войска получили новые реактивные минометы «Небельверфер» и шестиствольные минометы, 88, 105, 128 мм зенитные орудия, 47 мм самоходные противотанковые орудия на шасси танка Т-1,380 и 403 мм орудия большой мощности. В 6-ю и 8-ю танковые дивизии поступили чехословацкие танки и немецкий танк Т-IV который оценивался очень высоко, способный действовать как мостоукладчик, огнеметный танк и как эффективное средство против танков и пехоты противника. На вооружение поступил радиоуправляемый минный трал.

В танковых восках в марте закончилось формирование новой танковой группы Клейста, куда вошли: 19 тк Гудериана, 41 тк Рейнгардта, 14 моторизованный корпус Виттерсгейма. Всего 1250 танков, 362 БТР, 134 тыс. человек личного состава. Танковая группа явилась главной ударной силой в операции «Гельб».

План «Гельб» несколько раз изменялся, пересматривался главный удар, состав сил и средств трех групп армий «А», «Б» и «Ц». Наконец, только 24 февраля 1940 г. он был окончательно утвержден.

17 марта Гальдер в дневнике подробно описал результаты совещания у фюрера 15 и 16 марта: «Общее впечатление: Фюрер теперь уже согласен с проведенной подготовкой войск и явно уверен в успехе, в случае нашего вторжения в Бельгию и Голландию из-за возможно пассивной позиции французов и англичан. Достаточно будет одного удара по неприятельским войскам, чтобы сломить их волю к сопротивлению. Эту возможность Фюрер обосновывает трудностью достижения быстрого соглашения между политическими и военными инстанциями союзников».

Далее в записи высказывание Гитлера о том, что он полностью доверяет Муссолини, который сможет выступить в том случае, если Франции будет нанесен сильный удар. «Если у нас шансы будут, Италия выступит». Фюрер на совещании определил сроки начала операции «Везерюбунг» (нападении на Норвегию), «Грюн» (вторжение в Бельгию) и «Браун» (агрессии в Голландии) на 9 или 10 апреля 1940 г., после чего осуществить наступление на Францию по плану «Гельб».

В этот же день состоялась встреча Гитлера с итальянским диктатором Муссолини, на которой Гитлер предложил дуче выступить посредником на переговорах с Англией (после разгрома Франции) с тем, чтобы развязать себе руки уступками англичан перед походом на Восток.

А в это время на Западном фронте полностью завершено развертывание немецких войск. С 4 апреля в войска поступил приказ  запрещения переговоров по радио и телефону. Число линий связи между штабом и войсками увеличилось, были установлены автоматические телефонные станции.

5 апреля в Генштаб сухопутных войск поступил сигнал «Везер» (начало операции против Норвегии), а в 5:15 9 апреля началась и сама операция. Осуществлена высадка немецких десантов в Норвежские порты Тронгейм, Берген, Нарвик. Гальдер записал: «Везде высадка войск произведена. Осло в наших руках. Захват Норвегии завершен. Боевые потери незначительны. Нарвик и Тронхейм заняты без потерь, сопротивление слабое. В Бергене и Ставангере – то же самое. Норвежское правительство эвакуировалось в Хамар. Туда направлены наши парашютисты. Береговые укрепления нами захвачены всюду. Дания, после небольшого протеста, приняла германские условия и сдалась без боя.  Ютландию и другие острова войска заняли без потерь, точно по плану».

И далее запись 10 апреля: «Дания: Все гладко. Переговоры. Нота Швеции. Ответ – нейтралитет. Италия: Реакция Муссолини: «Правильно и необходимо». Бельгия: Предложение политики строгого нейтралитета. Голландия: Отношение неопределённое. США: сообщения не поступили. Франция – настроение подавленное, нервозность. Болгария будет вести себя спокойно, и вообще мы будем держать её на поводке. Венгрии предложено без нашего согласия ничего не предпринимать. Турция настроена резко против войны. Однако ограничилась лишь протестом. Стало известно, что Франция направила Бельгии предложение взять её под свою защиту. Король и кабинет министров Бельгии отклонили это предложение. На юго-востоке получены сообщения об усилении русских войск на границе с нами и Румынией. Военные интересы требуют спокойствия в юго-восточной Европе. И вообще эту часть Европы Фюрер хочет представить итальянцам».

Аппетиты Италии, как известно, распространялись и на Корсику, и на Тунис, и часть Алжира. Итальянцы притязались на Ливию и даже Эфиопию, на большую часть Судана, требовала себе Французское и Британское Сомали.

20 апреля Гальдер записал о праздновании по случаю дня рождения Фюрера на стадионе в Цоссене в ставке «Цеппелин».

4 мая: «На юге и в центральной части Норвегии операции закончены, идёт очистка Северной Норвегии. Англии и Франции можно не опасаться, тем более – России. Югославская армия перешла на штаты военного времени». Позже народ Югославии с оружием в руках во главе с И.Б.Тито поднялся на борьбу против немецко-фашистских захватчиков.

8 мая в дневнике запись об отставке Ворошилова. Народный комиссар обороны СССР Н.Е.Ворошилов был заменён на этом посту маршалом Советского Союза С.К.Тимошенко.

Наконец-то, после многочисленных сроков переноса начала наступления по плану «Гельб» 9 мая 1940 г. окончательно был определён день и час наступления: 10 мая  в 5 ч. 35 мин. А между тем, уверовав в неотвратимую победу, за день до нападения на Францию Гитлер уже подписал директиву «Об управлении оккупированными территориями Франции, Голландии и Люксембурга». В ней, в частности, говорилось: «Главнокомандующий сухопутными войсками назначит военную администрацию на территории Франции, Люксембурга, Бельгии и Голландии, которая будет оккупирована. Враждебные акты населения необходимо подавлять с применением самых жестоких мер».

10 мая 1940 г. в записях Гальдера значится, что накануне Генштаб из Цоссена поездом выехал на западный фронт в Годесберг, куда прибыл в 5:00, а в 7:00 поступили первые донесения от войск о начале наступления в строгом соответствии с планом «Гельб». В 5:45 группой армий «А» был нанесён главный удар в центре группировки войск союзников южнее Льежа, в обход оборонительной «Линии Можино» французов с севера через Люксембург и группой армии «Б» – оборонительных рубежей Голландии и Бельгии – с юга. Несмотря на то, что в Бельгии в 3:00 была объявлена всеобщая тревога никаких передвижений войск на территории Бельгии не наблюдалось. В 1-й день наступления Гальдер записал: «Для голландцев нападение было неожиданным. На юге в полосе группы армий «А» 16А захвачены мосты. Сопротивление незначительно. В 8:15 в Люксембурге захвачен вокзал, железная дорога в исправности. 4-я армия продвигается по плану. Большое количество заграждений, не занятых войсками. Выброска воздушных десантов в Голландии происходит согласно плану. Серьёзные успехи на севере в 18А. Танковая группа Клейта введена в дело и очень быстро подвигается вперёд. Бельгийские войска на р. Маас частично капитулировали».

Единственный недостаток, отмеченный Гальдером: – «Троянский конь» не прошёл». Имелось ввиду, невыполнение задач батальоном «Бранденбург» («Троянский конь»), который имел задачу перейти границы с Бельгией, Люксембургом, Голландией незадолго до нападения и, маскируясь под солдат противника или под гражданское население, захватить важные в оперативном отношении мосты через р. Маас и другие объекты, нарушить систему управления войсками противника.

11 мая, второй день наступления Гальдером был отмечен: «В целом обстановка столь же благоприятна, как и вчера. Отрадные новости: Безудержное продвижение пехоты. Особенно радуют скорость марша и боевые успехи 16А ЗАК».

В этот день в главную штаб-квартиру прибыл Фюрер, которому доложили обстановку. Гальдер отметил: «Фюрер рад успеху. Потери в войсках и расход боеприпасов незначительны. Взято 4 тыс. пленных. Авиация противника удивительно пассивна. Распоряжения: подтянуть дивизии, корпусные части и штабы вперед!».

13 мая – «Наше наступление развивается планомерно. Начались административные мероприятия в Голландии и Люксембурге. Ни одной партизанской акции!»

14 мая Гальдер сделал запись с подробным анализом состояния своих войск и сил противника: «В полосе группы «Б» 25 английских и французских дивизий (большей частью моторизованные и механизированные). В районе Антверпен под натиском 3-й и 4-й ТД противник отходит. 9-я французская армия перед нашей танковой группой Клейста весьма слабая. 2-я и 3-я французские армии не сильнее, очевидно, не смогут противостоять нашему натиску. Сейчас группе армий «Б» нужно захватить Голландию. Здесь противник, по-видимому, оставит мощную оборонительную линию «Греббе». После захвата Голландии, как можно быстрее перебросить крупные силы на южный фланг на Брюссель». «… Отмечается интенсивная переброска войск по железной дороге из района Парижа и западнее в Бельгию. Что это перегруппировка сил, чтобы остановить нас на территории Франции или нанести контрудар? Продолжается отступление войск из района Шарлеруа (юг Бельгии). Вопрос сдает противник Бельгию целиком или только частично».

В этот день, 14 мая ОКВ за подписью Гитлера была издана директива №11, в которой гитлеровское командование приходит к выводу, что союзники не поняли, какая опасность назревает для них на фронте, особенно на арденнском участке. В директиве говорилось: «Нынешнее развитие наступления показывает, что противник своевременно не вскрыл основного замысла нашей операции. Исходя из этого, принято решение усилить натиск на участке прорыва у Седана, на южном крыле групп армий «А», а высвободившиеся моторизованные и танковые дивизии из группы армий «Б» передать в ударную группировку  группы армий «А». Перед ВВС ставится задача: основные усилия сосредоточить в полосе группы армий «А» (где наносился главный удар) и воспрепятствовать переброске резервов противника».

В этот период между политическим руководством Германии, Англии и США развернулась ожесточённая схватка за Италию. Каждая из сторон пыталась перетянуть Муссолини на свою сторону. Сам же дуче выжидал, в войну на стороне Германии вступил только 10 июня 1940 г., когда судьба Франции по существу уже была решена. Нужно было успеть к дележу «пирога». В письме президенту США Муссолини писал: «Италия намерена остаться союзницей Германии. В период, когда решается будущее Европы, мы не можем стоять в стороне».

Черчилль, вступив в должность премьер-министра Англии, обратился к Муссолини с письмом: «Обращаюсь к Вам как к руководителю итальянской нации с призывом достигнуть взаимопонимания и ликвидировать пропасть, которая всё больше разделяет нас. Я заявляю, что никогда не был врагом итальянского народа и не намеревался повелевать Италией. Прошу Вас, поверьте мне, прислушайтесь к голосу разума, пока не вступили в смертельную схватку друг с другом».

Ответ дуче Черчиллю был такой: «Отвечая на послание, Вам, вероятно, известны веские причины исторического и объективного характера, которые привели наши страны в противоположные лагери. Напомню Вам предпринятую в 1935 г. в Женеве кампанию санкций против Италии и о состоянии настоящего рабства, в котором пребывает Италия в собственном море. Исходя из чувства чести и уважения принятых на себя обязательств, вытекающих из германо-итальянского договора и будут определять политику Италии».

В последующие дни вплоть до 14 июня, когда немецкие войска вступили в Париж, а 22 июня 1940 г. в Компьене было подписано перемирие с Францией, в дневниковых записях Гальдера подробно излагаются события, происходившие на фронте. Так, на шестой день наступления – 16 мая Гальдер записал: «Развитие прорыва приобрело классическую форму. Войска безоговорочно продвигаются. Контратаки танков противника успеха не имеют. Скорость марша пехотных частей великолепна. Сейчас необходимо ввести в бой дополнительные силы. Крупные армейские резервы противника ещё не задействованы, и нет никаких признаков, что их введут в бой. Французы смогут подтянуть к участку порыва ещё около 30 дивизий, если они намерены принять бой… Необходимо быть готовыми к перегруппировке войск противника с переходом из Бельгии в северную Францию… В полосе группы армий «А» противник с утра начал отход. Организация дальнейшего наступления на запад не вызывает трудностей».

17 мая: «Противник оставил Брюссель и Шарлеруа, но пока удерживает Антверпен. Благодаря успешным действиям нашей авиации, имеющей превосходство в воздухе, отмечается беспорядочный отход на южном фланге участка нашего порыва, куда противник подтянул не менее шести дивизий и здесь закрепился. Но мы не будем его атаковать здесь». И далее: «Правительственное учреждение Голландии лояльны. Голландия относится к нам очень дружелюбно, борьбы не будет. Необходимо сохранить здесь созданную администрацию на длительный срок. В Голландии должна быть создана такая же обстановка, как и в Норвегии».

18 мая: «Противник осуществляет планомерный отход. Какие-либо группировки, готовящиеся к контрнаступлению, не обнаружены, да и вряд ли они могут быть образованы. Союзники постепенно выводят войска из Бельгии. Над ратушей Антверпена – германский флаг! Операцию следует развивать  в юго-западном направлении и без какого-либо промедления, используя слабость боевого духа французов. В 18:00 доклад Фюреру. Наши действия и планы одобрены».

21 мая: «Общая обстановка дня характеризуется тем, что сражение достигло наибольшего размаха. Идут бои местного значения. Можно применять систему «Pater Noster» («Отче наш») в прорыв без всякого флангового прикрытия вводить новые и новые соединения. Сейчас обстановка намного благоприятней, чем мы предполагали».

23 мая: «Дальнейшее развитие наступления удовлетворительное. Подвижные группы на севере приближаются к французскому порту Кале. Сильный центр подвижной группировки – западнее Арраса. Группа армий «А» испытывает значительные трудности в управлении крупными силами, насчитывающими 71 дивизию. Приступили к ликвидации вражеской группировки в район Брюгге, Лиль, Дюнкерк. После окружения здесь 45 дивизий противника».

Дюнкеркская операция по разгрому англо-французско-бельгийских войск на северном побережье Франции, в районе крупнейшего порта Дюнкерк была начата 26 мая, закончена 4 июня 1940 г. полной победой немецких войск. Бежать морем в Англию всё же удалось 338 тыс.чел., из них 215 тыс. англичан и 123 тыс.французов и бельгийцев, но всю боевую технику войска были вынуждены бросить на побережье.

25 и 26 мая германские войска группы армий «Б», натолкнувшись на сопротивление союзных войск (которым ничего не оставалось, как обороняясь позаботиться об эвакуации личного состава), не выполнили задачи, возложенные на них Фюрером в Директиве №13 от 24 мая, предписывающей уничтожение франко-англо-бельгийских войск окруженных в районе Дюнкерка. После чего, в целях сохранения танковых и моторизованных частей в боях на местности с многочисленными водными и другими преградами и для последующей переброски танков под Париж, где решился исход всей операции, поступил приказ Гитлера о приостановке наступления, названного «Стоп-приказом». Эта остановка войск в решающей фазе разгрома окружённых войск в районе Дюнкерка спасла союзные войска от окончательного разгрома и пленения. Расчёт Гитлера на массированное применение авиации, обещанное Герингом, не оправдался из-за нелётной погоды. Однако, уже в середине дня 26 мая Гальдер записал: « 14:30 – Главком возвратился от Фюрера в прекрасном настроении. Фюрер разрешил возобновить наступление на Дюнкерк». Но небольшая передышка, пауза в наступлении немцев сыграла решающую роль в спасении войск союзников. По этому поводу в дневнике от 30 мая читаем: «Остановка войск начинает сказываться. Мы потеряли время, кольцо на побережье не замкнулось и теперь нам приходится лишь созерцать, как многие тысячи солдат противника у нас под носом бегут в Англию. В окружённом нашими войсками «мешке» начинается процесс разложения». И далее: 1 июня: «Небольшая полоса местности на побережье, находящаяся в руках противника, всё время сужается. В основном эта операция завершена». 4 июня – «Занят Дюнкерк, войска вышли к побережью. Французы бегут. По предварительным данным захвачено в плен несколько генералов, около 40 тыс. солдат и много техники».

Но вернёмся к записям последних чисел мая: «20:45 27 мая в штаб 6А прибыл бельгийский генерал, который по поручению своего короля запрашивал об условиях, на которых бельгийская армия могла бы сложить оружие. Фюрер ответил: «Безоговорочная капитуляция. Никаких условий».

28 мая: «Начавшиеся вчера переговоры о капитуляции бельгийской армии завершены. В 10:45 капитуляция осуществлена. Оружие сложили примерно 500 тыс. солдат».

31 мая: «Все танковые соединения с фронта из-под Дюнкерка сняты. Началась их переброска на юг, на направление главного удара – Париж».

Завершение разгрома дюнкерской группировки союзников было возложено на 18А (9, 10, 26 АК и 14 моторизованный корпус). При этом 18А предписывалось экономить силы и средства для предстоящего второго этапа наступления на Францию – операции «Рот».

Общий замысел операции «Рот» определён директивой ОКХ 31 мая: «… Мощным наступлением и быстрым прорывом в глубину не позволить врагу планомерно отвести войска и создать новый фронт обороны в тылу».

На первом этапе операции планировалось занять Гавр, Руан и плацдармы на р. Сене севернее Парижа. На втором этапе – главный удар нанести южнее Парижа в юго-западном направлении с целью разгромить основные силы французской армии в районе Парижа и овладеть столицей. Оборонительную линию «Мажино» обойти с тыла.

Строительство «линии Мажино» по инициативе и в честь военного министра Франции Д.Мажино, началось в 1929 г. Строительство стоило французскому народу десятка миллиардов франков. «Линия» являлась серьёзным препятствием на пути вражеских войск. Общая протяжённость – около 400 км, глубина 6-8 км. «Линия» насчитывала более 5600 долговременных и других огневых сооружения. Французское политическое и военное руководство связывало безопасность страны с оборонительной «Линией Мажино». Однако её создание было ошибочным, ибо осуществлялось без учёта современных средств и методов ведения войны. Она перекрывала только франко-германскую границу. Поэтому главный удар вермахта пришелся вне оборонительной линии с выходом в её тылы. «Линия Мажино» оказалась дорогостоящей, но не оправдавшей себя затеей.

В последующем, замысел и цели операции «Рот» были полностью осуществлены. Группировка немецких войск, развернутая для проведения операции «Рот», насчитывала 142 дивизии, против семи французских армий (86 дивизий). Следует учесть, что к концу первого этапа операции потери противника составили примерно 1,5 млн. человек и столько техники, что её хватило для оснащения 70 немецких дивизий.

Общее наступление по операции «Рот» началось ровно в 5:00 5 июня. Накануне 4 июня авиация немцев нанесла массированные удары по району Парижа. Как записал Гальдер: «Удар авиации сопровождался очень большим успехом. Сопротивление было незначительное. Полёт авиации был похож на парад в честь партийного съезда».

В первые дни операции «Рот» в записях Гальдера читаем: «Группа армий «Б» сообщает: обстановка складывается гораздо благоприятнее, чем это можно было  предположить».  Глубоко вклинившись во вражескую оборону, соединения танковой группы Клейста, разбили противостоящие силы противника и получили свободу действий. Однако, на пути Клейста к Парижу французы создали глубоко эшелонированную оборону, насыщенную минными полями. 14-й и 15-й корпуса группы постигла неудача. Тогда было принято решение вывести их из боя, сохранив танковую группу для усиления группы армий «А» восточнее Парижа.

9 июня перешла в наступление по плану операции «Рот» группа армий «А». В этот день группа армий «Б» уже овладела г. Руан.

10 июня в утренних донесениях: «Достигнуты большие успехи. Общая обстановка показывает, что войска противника пришли в движение и отходят в глубь страны. Противник понёс тяжёлое поражение, в панике бежит к Парижу».

В это время, когда окончательно определился успех фашистской Германии в войне с Францией, Италия, прервав состояние «nonbelligerenza» (неучастие в войне), боясь опоздать к «дележу пирога», 11 июня 1940 г., наконец-то, открыла военные действия против Франции. Сухопутные войска Италии насчитывали 73 дивизии, из них 4-е находились в Сардинии, 5-ть в Албании, 14-ть в Ливии. На итало-французской границе была развернута внушительная группа армий «Запад» (1-я и 4-я А) в составе 22 дивизий с резервом в 4 дивизии. Всего 312 тыс. солдат. Противостояла этой группировке французская Альпийская армия генерала Орли (12 дивизий), которая серьёзного сопротивления итальянцам не оказала. На Альпийском фронте итальянские войска бездействовали. В течение 10 дней боёв не вели, а выжидали, когда немцы приблизятся с тыла к французской армии Орли. Муссолини после длительной паузы всё же отдал приказ о переходе в наступление, при  этом заявив: «Италии нужно несколько тысяч убитых, чтобы в качестве воюющей стороны занять место за столом мирной конференции и предъявить свои требования Франции».

13 июня генерал Гальдер с восторгом в дневнике записал: «Французы отводят свои армии по всему фронту. Правительство объявило Париж открытым городом, свои войска выводит из окрестностей Парижа. Это проясняет нашу задачу. Группе армий «Б» преследовать противника, занять Париж и наступать в направлении юг – юго-запад. Танковой группе Гудериана превосходная задача – преградить путь отхода противника. Фюрер хочет быстрее доказать всему миру, что сопротивление Франции сломлено».

«…Великий день в военной истории Германии. В 9.00 утра немецкие войска вступили в Париж» – так записал Гальдер 14 июня 1940 г. И далее: «Общая обстановка характеризуется тем, что противник отступает по всему фронту и нам следует сейчас опасаться только преждевременного отрыва противника от нас».

15 июня: «Вновь исторический день. Верден – арена героических сражений в мировой войне в наших руках! Французский северо-западный фронт опрокинут. Характер обстановки: преследование по всему фронту. Местами противник оказывает сопротивление. В районе Парижа со всей отчетливостью проявляется разложение войск противника. Очевиден окончательный разгром противника. Сухопутные войска выполнили свою задачу. Но на ВВС и ВМФ ложится задача – вести войну с Англией одним».

«…Основная задача на сегодня 17 июня – разработка вопросов перемирия. Политическое руководство сообщило, что новое французское правительство обратилось через испанское правительство к германскому с целью выяснить условия перемирия».

Это предложение главы правительства Франции Петэна сильно встревожило Муссолини. Он срочно направился на встречу с Гитлером в Мюнхен для обсуждения условий перемирия. Начался империалистический торг. Гитлер умерил захватнический пыл дуче. Гитлер рассчитывал использовать режим Петэна для борьбы против Англии, поэтому требование Муссолини о выдаче Италии французского флота было отклонено, но была достигнута договоренность о захвате Италией Туниса, Алжира, Орана и Касабланки.

21 июня: «Французские парламентарии прибыли в Компьен. В торжественной обстановке в 15.00 22 июня состоится вручение условий перемирия. Французы не подозревали, что им придется вести переговоры в том самом месте, где проходили переговоры в 1918 г. Французы должны принять наши снисходительные условия, хотя бы исходя из элементарно разумных побуждений».

«22 июня 1940 г. главное событие дня – завершение переговоров о перемирии с французами. 18.50 – в Компьене подписан договор». Так  бесславно закончилось «сопротивление» союзнических войск.

Весь спектакль, разыгранный Гитлером в Компьене, был хорошо продуман и организован с таким расчетом, чтобы как можно сильнее унизить, оскорбить французов. Сюда, в Компьен, был доставлен тот самый железнодорожный вагон, в котором в 1918 г. маршал Франции Фош подписал позорный для Германии договор о капитуляции.

Около 3 часов дня для переговоров прибыл сам Гитлер в сопровождении рейхсмаршала авиации, Главнокомандующего ВВС. Геринга, генерал-полковника Главнокомандующего ОКВ. Кейтеля, Главнокомандующего сухопутными войсками генерал-полковника В. Браухига, были Риббентроп и Гесс. На месте переговоров находилась мемориальная плита, на которой значилось: «Здесь 11 ноября 1918 г. была побеждена преступная гордость германской империи…, поверженной свободными людьми, которых она пыталась поработить». Гитлер прочел надпись, лицо его вспыхнуло от гнева и злости, ненависти, мести и триумфа. Он прошелся по мемориальной плите, изображая крайнюю степень презрения. Зайдя в вагон, Гитлер расположился в кресле, в котором 22 года назад восседал Фош. Не дослушав до конца условия перемирия, Гитлер покинул вагон. Перед этим заявив, что немецкий проект перемирия является окончательным.

24 июня Гальдер с возмущением записал: «Утро принесло любопытный нюанс. Итальянцы застряли во французских укреплениях и не могут продвинуться вперед. Однако они хотят сейчас объявить оккупированной как можно большую часть французской территории и поэтому предложили перебросить итальянские батальоны по воздуху прямо в Лион и в пункты, до которого будут простираться территориальные претензии Италии. Это самое обыкновенное мошенничество этого сброда».

«25 июня 1940 г. С 01.35 пушки молчат, начинается министерская возня. Положение с питанием и организация военной администрации во Франции. Пленных разделить: черных – в спецбатальон, в Германию не везти. Создать рабочие колонны по специальности (сельское хозяйство и техника). Выделить пленных немецкого происхождения. Возвращение беженцев».

«26 июня. Сообщение с фронта перестали представлять интерес. Теперь необходимо ускорить передвижение, чтобы занять Атлантическое побережье. Отвод наших войск перешедших «зеленую границу» (демаркационную линию) будет осуществлен позднее. Сейчас на первом плане – позиция России. При этом новый акцент: ударная сила на Восток».

Верховным главнокомандованием и Генеральным штабом сухопутных войск начался рассматриваться вопрос о будущей армии вермахта. Исходя из указаний Гитлера, было принято решение, после победы во Франции увеличить число танковых и моторизованных соединений,  для развязывания новой агрессии на Востоке против Советского Союза.

Планы создания ударных группировок на Востоке, наряду с высказываниями Гальдера о Польше, как «трамплине на Востоке» свидетельствуют о том, что агрессивные планы в отношении Советского Союза возникли гораздо раньше июня 1940 г. После победы над Францией Гитлер, с целью обеспечить себе тыл и развязать руки для «броска на Восток» стремился, закончить войну с Англией. В этой связи Гальдер записал: «Ближайшее время покажет, заставят ли наши успехи во Франции вступить Англию на путь благоразумия, или же она попытается одна вести войну и дальше. Угрозу Англии представляет количество сосредоточенных на побережье Франции наших дивизий. Англии мы должны будем продемонстрировать нашу силу, прежде чем она прекратит борьбу и развяжет нам руки на Востоке». И еще: «…В области внешней политики – удовлетворение по поводу невмешательства России в капитуляцию Франции. На первом плане будущая позиция России. Основное внимание – на Восток».

На этом заканчивается 2-й том военных дневниковых записей генерал-полковника Гальдера.

Дневник, на наш взгляд, является уникальным, по своей ценности, источником информации о деятельности высшего военного руководства вермахта и содержит фактический материал, который позволяет лучше понять исторические события Второй мировой войны, ее характер, причины и следствия. А так же очистить от неверных трактовок, прямых искажений и целенаправленной фальсификации в угоду оппозиционным военным историкам.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.