Беларусь уже была в Европе…

Новости

efwefwefwetwrtggwДаже среди прозападных оппозиционных аналитиков считается, что Беларусь России нужна априори, наиболее распространенной версией при этом называется наличие у России неких имперских комплексов. При этом подчеркивается, что Беларуси союз с Россией не очень-то и нужен, мол, нас ждут в Европе. Что ж, остановимся на сей раз поподробнее на вопросе – зачем Беларусь России, т.к. периодически вспыхивающие торгово-экономические конфликты между Беларусью и Россией неоднократно вынуждали патриотически настроенную часть экспертов вновь и вновь обращаться к этой теме.

Но сначала позволю себе остановится на знаковом событии в белорусско-российской интеграции, которое происходит как раз в эти дни. Именно оно, на мой взгляд, показывает значимость и актуальность как Союзного государства, так и евразийской интеграции как для национально-государственных интересов наших государств, так и для целей будущего гармоничного развития народов наших стран.

C 20 по 26 сентября на семи полигонах Беларуси и в Калининградской области России проходили белорусско-российские военные учения «Запад-2013». Тема учений — подготовка и применение группировок войск в интересах обеспечения военной безопасности Союзного государства.

Кроме того, в Беларусь прибыли воинские контингенты из Армении, Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и России для участия в учениях КСОР ОДКБ «Взаимодействие-2013». На Гожском полигоне в Гродненской области в учениях приняли участие около трех тысяч военных, был задействованы авиация, танки и артиллерия. Серьёзная роль отводилась войскам территориальной обороны. К ликвидации диверсионных групп противника привлекались сотрудники Министерства внутренних дел и спасатели.

По словам Леонида Касинского, заместителя командующего войсками Западного оперативного командования Вооруженных сил Республики Беларусь, на территории Гожского полигона отрабатывались вопросы действий войск по прикрытию участков государственной границы, разгрому незаконных вооружённых формирований, уничтожению десантно-диверсионных сил, вопросы взаимодействия группировок войск Российской Федерации и Республики Беларусь в ходе выполнения этих задач.

Кроме того, хотел бы обратить внимание на одну важную деталь – именно в разгар «калийного скандала», 28 августа президент Беларуси Александр Лукашенко дал согласие на назначение командующим Единой системой ПВО России и Беларуси командующего ВВС и войсками ПВО Беларуси Олега Двигалева, тем самым показав приоритет решения военно-стратегических вопросов перед торгово-экономическими.

О том, что это правильный акцент, говорит и реакция западных СМИ, которые злорадствовали по поводу «калийного скандала» и выражали явную тревогу по вопросу проведения российско-белорусских учений. Подтверждая тем самым известную русскую пословицу – «на воре и шапка горит».

Вот после этого небольшого и актуального предисловия и хотелось бы перейти к основной теме статьи – действительно, зачем России Беларусь?

В основании любого добровольного союза стран всегда лежит общность интересов и историко-культурных корней. Не являются исключением и белорусско-российские отношения. Наш союз имеет серьезные исторические, культурные и языковые основания. Это и общая история русских княжеств от момента их зарождения, и принятие православия в качестве доминирующей религии, и совместная защита от захватчиков как с Запада, так и с Востока.

Языковая идентичность существует с древности и до настоящего времени, когда из различного рода племенных наречий стал возникать единый русский язык. Свидетельством этого долгого и сложного процесса является, например, первая славянская книжная Библия, изданная белорусским первопечатником Франциском Скориной на русском языке в 1517 году. По языку она немного отличается от Библии Ивана Федорова, изданной в 1581 году, но, тем не менее, несмотря на более ранний выход, является более приближенной к современному русскому языку. Это говорит о том, что в формировании русского языка активно участвовал весь русский народ – и в России, и на территории нынешних Беларуси и Украины. Параллельно свое развитие получили и белорусский, и украинский языки как диалекты русского.

О культурно-цивилизационном взаимовлиянии наших народов и говорить нечего – на протяжении столетий наши народы исповедовали одну систему ценностей, одну систему взглядов. Это же касается и вопросов государственного строительства.

В силу ряда объективных и субъективных причин, за всю свою многовековую историю белорусы не имели развитой государственности. И Великое Княжество Литовское (ВКЛ) для нас в этом плане не является базовым примером, поскольку подавляющая часть белорусского народа не чувствует своей исторической связи с ВКЛ и не идентифицирует себя в качестве наследников этой исторической традиции, т.к. идентификация с ВКЛ – это идентификация с литовцами и поляками. А этой идентификации у белорусов никогда не было и не будет, поскольку белорусы идентифицируют себя с братским русским и украинским народами. У украинского народа, кстати, аналогичная ситуация, только более сложная.

Подавляющее число граждан Беларуси гораздо больше идентифицируют себя с историей России и в рамках российской истории. Можно сказать, как говорят наши «свядомыя», что это плод политики русификации. Но географическое положение, пограничный межцивилизационный статус Беларуси, как показывает вся история нашей страны, не оставили ей другого выбора, кроме как быть либо русифицированной или ополяченной. И «свядомыя» прекрасно отдают себе отчет в том, что ни о какой самостоятельной Беларуси они не говорят в стратегической перспективе. Поскольку в стратегической перспективе их путь — это путь под Польшу с приходом католической церкви, униатством, переходом на латиницу, вытеснением всего белорусского за рамки общественной жизни и навязыванием глубоко чуждых белорусам польской культуры, языка, обычаев.

Именно противостояние с Польшей пробудило в белорусском народе тягу к независимости и свободе, принявшую форму объединения с русским и другими народами Российской империи. Кто-то может сказать, что все это дела давно минувших дней. Позволю с этим не согласиться и приведу примеры достаточно недавней истории.

Говоря сегодня о перспективах евразийского или европейского выбора Белоруссии, мало кто вспоминает о том, что буквально 90 лет назад, по историческим меркам — совсем недавно, республика этот выбор уже проходила. И не только проходила, но имеет весьма осязаемый исторический опыт пребывания в «цивилизованной» Европе, который до сих пор впитывается белорусами вместе с молоком матери. Речь идет о разделе Белоруссии по итогам Брестского мира на Восточную и Западную.

Чем же обернулся этот опыт — одновременного пребывания одной части страны в Евразийском союзе того времени, а другой части страны в Европейском союзе того времени — для республики и ее жителей? Факты говорят о следующем.

До 1939 года белорусы были разделены границей. В составе Польши находилось 4,5 миллиона белорусов, которые в своём подавляющем большинстве жили в деревнях (более 80% населения Западной Белоруссии занималось сельским хозяйством). В Польше было проведено несколько земельных реформ (1920, 1921 и 1925 годов), в ходе которых значительное количество земель, в основном — земель бывшей царской казны, было распродано. Их получили крупные польские землевладельцы, чьи участки составляли от 50 до 500 га. Средний же белорусский крестьянский имел двор по 7 га земли. Из Польши в Западную Белоруссию правительство переселяло т.н. осадников — военных и гражданских лиц, которые получали бесплатно или с большими скидками по 15-45 га земли. По сути, они были колонистами, опорой польской власти в этом регионе.

Жизненный уровень белорусов в те годы был самым низким в государстве. Около 55 тыс. белорусских крестьянских хозяйств имели наделы немногим более 1 га, при средней крестьянской семье в 6-7 человек, и составляли около 10% населения, являясь беднейшей его частью при наличии крайне низких технологических возможностей хозяйствования. В 15% хозяйств не было крупного рогатого скота, в трети не было лошадей, более 6% крестьян не имели никакого скота. В начале 30-х годов хозяйства батраков и крестьянской бедноты составляли около 70%. Людям приходилось платить налоги, отрабатывать повинности, платить проценты по банковским кредитам, платить штрафы, которые регулярно накладывала польская администрация, платить не по самым низким ценам за необходимые промышленные товары и товары народного потребления.

Все это обуславливало низкую культуру земледелия и, как следствие, частые неурожаи. В итоге, крестьяне достигли довоенного уровня лишь к 1929 году, но в начале 30-х годов разразился экономический кризис.

Цены на сельскохозяйственную продукцию упали к 1932 году на 42%. Значительно сократились посевы технических и основных сельскохозяйственных культур, приобреталось и использовалось меньше техники, вносилось меньше удобрений. В деревне становилось все больше «лишних рук». В результате, к 1938 году из Западной Белоруссии эмигрировало 78 тыс. человек.

Промышленности практически не имелось: в Западной Белоруссии было зарегистрировано около 2 тыс. предприятий, но на 80% из них работало меньше 20 человек. Только на 6 предприятиях было более чем по 500 человек, а в годы экономического кризиса численность и этих рабочих сократилась наполовину. Западная Белоруссия была малозначащим регионом малозначащей страны. И никто, надо заметить, не собирался этот регион развивать.

Польское правительство закрывало белорусские СМИ. Если в 1927 году легальных белорусских газет и журналов выходило 23, то в 1930 — 12, а в 1932 — только 6.

До прихода польской власти здесь действовало 500 белорусских школ, в 1928 — 27, в 1936 — только 16, а к 1939 году уже все белорусские школы были преобразованы в польские. По официальным польским данным, которые с полным основанием можно считать заниженными, школу на территории Западной Белоруссии не посещало 13% детей, а к 1939 году 35% населения были неграмотными. В то же время, в Восточной Белоруссии к 1939 году издавалось 106 газет и журналов, работало 23 высших и 96 средних специальных учебных заведений, была почти полностью ликвидирована неграмотность.

Беловежская пуща была отдана под вырубку английским и французским предпринимателям. За 1919-1939 годы было вырублено около 590 тыс. га леса, а его натуральный прирост составил немногим более 40 тыс. га. Табачная монополия была отдана итальянцам, спичечная — шведам.

Из 500 православных церквей 300 были преобразованы в костелы. Когда в ходе войны у населения на руках оказалось оружие, в Западном Полесье и на Волыни поляки были практически полностью вырезаны.

После воссоединения Западной и Восточной Белоруссии в 1939 году, в принципе, началось построение единого народнохозяйственного комплекса. Началось осушение болот, оснащение сельского хозяйства техническим парком (в 1940 году в БССР было уже 10 тыс. тракторов, 1,6 тыс. комбайнов и т.д.), готовились кадры. В Западной Белоруссии перед войной успели открыть несколько тысяч школ и 4 института. Уже в том же 1940 году промышленность одних лишь восточных областей дала продукции в 20 раз больше, чем в 1913 году — последнем году перед Первой мировой войной, когда промышленность Российской империи развивалась и работала в нормальном режиме.

На мой взгляд, итоги пребывания Белоруссии в составе ЕС того времени очевидны: еще двадцать лет такого «симбиоза» и о белорусах, как и о стране с таким названием, можно было бы забыть – европейцы стерли бы ее с лица земли. Совсем другое отношение к гражданам республики и ее обустройству мы видим в сталинской России. И обратного пути нет. Кто сказал, что братство и свобода противоречат друг другу? В России проживают сотни народов и национальностей, и кто может сказать, что они не свободны из-за того, что живут в одном государстве?

Поэтому является ли русификация улицей с односторонним движением? Конечно, нет. Белорусы сознательно на это пошли, потому что только так могли сохранить себя как этнос. Почему кто-то исключает тот вариант, что подлинно белорусский путь – это путь окончательного объединения с русским народом, когда столетиями длившийся внутренний раскол единой нации будет полностью преодолен?

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы не видеть, что при спокойном ходе событий через 40-50 лет нации Европы начнут образовывать единый суперэтнос с единым правительством, армией, административным устройством, культурой, стиранием языковых и национальных традиций и т.д. И призыв радикальной оппозиции к вхождению в единую Европу – это не просто призыв к самостоятельности, как она это пытается подать. Это не просто желание построить якобы суверенное государство, каковых в Европе уже нет. Это – осознанный долгосрочныйцивилизационный выбор ряда представителей белорусской элиты,в основномлибоимеющей польские (как говорят в Беларуси — западенцы) корни, либо тех, кто озабочен исключительной вопросом личной наживы.

Их проект «Беларусь в Европу» — это попытка исторического реванша, попытка отомстить за своих дедов и прадедов, которые вошли в историю не победителями, а побежденными. Их стремление войти в Европу — есть не что иное, как попытка окончательной и бесповоротной ревизии всего исторического пути белорусского народа, заключающаяся в стремлении любым образом разрушить вековое братство белорусского, русского, украинского и других народов русской нации.

Белорусы не ощущают себя изолированной единицей мира. Мы изначально воспитаны в традициях братства с русским и украинским народом. Вот наша нынешняя, прошедшая через горнило истории, идентификация, внутренняя сущность, которая может быть вытравлена только через десятилетиями культивируемое насаждение чуждых культурных норм и традиций и буквальное уничтожение, геноцид белорусского народа.

Возможен ли белорус, говорящий на русском языке и главное – мыслящий русским языком? Конечно, возможен. Мы это сегодня имеем, как возможны американцы и индийцы, говорящие и думающие на английском языке. Возможен ли русский, который знает, говорит и любит белорусский (украинский) язык как свой второй (третий) родной? Конечно, возможен. Будет ли при этом происходить кризис российского народного самосознания? Я думаю, нет. Один народ, три языка – кто такое еще имеет? Кто-нибудь вообще может найти фундаментальные отличия белорусов, русских и украинцев друг от друга, кроме современных трех языков восходящих корнями к одному единому праславянскому? Фундаментальных отличий нет.

В то же время, и я в этом глубоко убежден, белорусский народ, как и русский (российский) является народом глубоко имперским. Это опять-таки показывает весь исторический путь белорусов – мы никогда не прятались за спину русского народа, а вместе, именно вместе решали все проблемы, которые ставила перед нами история. Это наше общее — Грюнвальдская битва, преобразования Петра, победа над Наполеоном, революционное движение, Великая Отечественная война – как и всех народов России и шире – Советского Союза. У белорусов никогда не было по отношению к русским и другим народам великой империи ни чувства высокомерия, ни чувства второсортности. Мы равные среди равных.

И кто-то хочет весь этот пласт, все то, что составляет корни нашего мировоззрения, суть «белорусского духа», отнять? Если бы белорусы не были этносом с имперским духом, мы бы выбрали либо Польшу, либо самостоятельный путь маленького государства (Литва, Латвия, Эстония). И воевали бы еще с Российской, Австро-Венгерской империями и Польшей (в краткие исторические периоды ее независимости между разделами) до полной победы белорусского оружия. Но этого не произошло. Поэтому все сослагательные наклонения – не имеют смысла.

Сегодня мы имеем тот белорусский народ, который имеем. Его историческая идентификация начинается с XVIII-XIX столетия, а кульминацией является советский период времени после победы советского народа в Великой Отечественной войне. Анализ творчества самых видных представителей белорусской культуры показывает, что на протяжении столетий напряжение духа белорусского народа в целях самоидентификации, самосохранения и выживания было колоссальным.

Аналогично тому, как у многих других народов Российской империи до того, как они вошли в ее состав. Вхождение в Российскую империю и еще большее обретение себя в составе Советского Союза в качестве одной из союзных республик, ставшей наряду с великими державами основательницей ООН, ознаменовало собой для белорусского народа: а) выполнение исторической миссии в форме выживания и б) завершение государственного строительства.  Поэтому обретение дома (Российская империя – Советский Союз как ее правопреемник) и его признание в качестве такового – является одной из фундаментальных и глубинных характеристик белорусского коллективного бессознательного. На этом период государственного строительства закончился.

Хотелось бы особо подчеркнуть, что данное описание не является описанием некоего «белорусского» национального пути развития. Абсолютно нет. Это описание пути развития «белорусской части» русского народа. Из этого следует также и главная причина того, почему Беларусь нужна России. Белорусы (русские, проживающие на территории Белой Руси) — это одна из самобытных частей русского народа, которая прошла свой достаточно длительный и сложный путь развития и получения своей русской национально-цивилизационной идентичности.Утрата этой части в результате поглощения белорусской территории и белорусского народа неким «западным цивилизационным проектом» — невосполнимая и недопустимая потеря для самой России, аналогичная потере одной из областей самой России в результате ее ухода в иной цивилизационный проект.

В этом контексте экономическое взаимодействие России и Беларуси, при всей его важности для формирования высокого и стабильного жизненного уровня граждан наших стран – как с исторической, так и с футурологической точки зрения является глубоко вторичным, т.к. степень богатства или бедности не может быть критерием цивилизационного выбора, что очень ярко показывает начало нынешнего кризиса западной цивилизации. Экономика Беларуси составляет всего 3-4% от российской. При том с перспективой уменьшения этой доли до 1-2%, что делает белорусский рынок, по сути, региональным рынком самой России, а белорусско-российские торгово-экономические отношения отношениями внутри самой России как с одним из регионов.

Этот же вывод следует и из анализа белорусской внешней торговли. Около 50% белорусского экспорта на Запад составляют российские нефть и нефтепродукты. В то же время в Россию республика поставляет промышленную продукцию, которая в силу своих низких конкурентных качеств не продается в развитых странах. Именно поэтому экономический фактор не следует делать сколь-нибудь значимым при ответе на вопрос о значимости Беларуси для России.

Соответственно, единственная и главная причина того, почему Беларусь нужна России состоит в том, что на территории Белой Руси живет такой же русский народ, как и в самой России и утрата этой части русского народа в случае его растворения в западной цивилизационном проекте (или мусульманском, если тот возьмет территорию нынешней стремительно деградирующей и разлагающейся Европы под контроль) будет серьезным ударом по самому русскому народу.

2 thoughts on “Беларусь уже была в Европе…

  1. Россия и Беларусь глубоко имперские народы?
    На территории Белой Русси живет такой же РУССКИЙ народ?
    Русификация — это способ сохранить себя как этнос?
    Подлинно белорусский путь — это путь окончательного объединения с русским народом (то есть потеря государственности)?
    Автор, ты в своем уме? Я госслужащий, но сегодня я после этого словесного поноса за оппозицию.
    Если и хотели пропаганды, то ложанулись дальше некуда, теперь точно все на Европу…

  2. И такое мнение тоже должно быть услышано.
    Оно само за себя скажет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.