Нет взаимодействия – нет и победы

Концепции и доктрины

vzaimodОбщепризнанным во всех странах мира является положение о том, что победа в войне может быть достигнута лишь объединенными усилиями всех видов вооруженных сил (ВС) и родов войск. Взаимодействие как форма объединения усилий различных видов ВС и родов войск есть традиционная отличительная черта военного искусства. В настоящее время совершенствование взаимодействия войск на всех уровнях – от стратегического до тактического – является одним из важнейших путей повышения боеспособности ВС России.

«Дружественный» огонь страшнее, чем «вражеский»

Чрезвычайно важным при ведении боевых действий является распознавание «свой – чужой». Притчей во языцех стала гибель союзников и собственных воинских подразделений от «дружественного» огня. Так случилось при проведении американо-английскими войсками операции по овладению островом Сицилия. Из-за нарушения взаимодействия между воздушным эшелоном десанта, наземными и военно-морскими силами 14 июля 1943 года транспортные самолеты с парашютной бригадой на подходе к мысу Муроди-Порко были встречены огнем зенитной артиллерии своих кораблей и частей 8-й английской армии. В результате 11 самолетов были сбиты, остальные рассеяны. Воздушно-десантная операция была сорвана.

От «дружественного» огня гибнут подразделения американских войск в Ираке и Афганистане в наше время. Известны случаи гибели российских военнослужащих от огня своих собратьев по оружию во время чеченских войн и войн в Абхазии и Южной Осетии.

Например, во время абхазской войны 16 января 1993 года российским зенитно-ракетным комплексом «Бук» был сбит «Альбатрос», погиб летевший в нем командующий ВВС Абхазии Олег Чанба. В первой чеченской войне во время штурма Грозного 1 января 1995 года самолеты Су-25 нанесли удар по колонне 104-й Тульской воздушно-десантной дивизии. Более 50 военнослужащих погибли и получили ранения. Во второй чеченской войне 2 марта 2000 года возникла перестрелка между бойцами Свердловского, Подольского ОМОНов и следовавшими им на смену бойцами ОМОНа Сергиева Посада. Погибли 22 милиционера и 54 были ранены.

Современные средства вооружения предопределяют необходимость четкого взаимодействия разнородных сил, участвующих в совместных боевых действиях. Малейшее рассогласование способно привести к мощнейшему огневому удару по своим войскам.

Фронт без взаимодействия с тылом

Боевые действия невозможно вести без тылового обеспечения. Проблема состоит не только в производстве, но и в своевременном подвозе материальных средств по назначению. Своевременное обеспечение войск материальными средствами и их подвоз – это в целом единая сложная и многогранная задача. При ее решении перед различными командными инстанциями возникают трудные вопросы: где взять те или иные номенклатуры военной продукции, куда их направлять, какие силы и средства транспорта привлечь, по каким путям сообщения оперативнее и полезнее подвезти. Чтобы убедительнее представить эту проблему в ее совокупности, напомним, что в период Великой Отечественной войны для армии и флота потребовалось свыше 100 млн тонн всевозможных материальных средств, в том числе более 10 млн тонн боеприпасов, около 16,4 млн тонн горючего и смазочных материалов и 49 млн тонн продовольствия.

При оценке сил противоборствующих сторон необходимо учитывать не только и не столько количество танков, самолетов, САУ и другого вооружения, а сколько у них боеприпасов и каков запас горючего, ибо без боеприпасов и горючего танк, самолет или САУ – всего лишь груда металла, но никак не средство ведения боевых действий. То же самое относится и к стрелковому оружию. Гибель псковских десантников во время второй чеченской войны была обусловлена низким уровнем взаимодействия с ними, отсутствием поддержки со стороны авиации и дальнобойной артиллерии, а также из-за нехватки у них боеприпасов.

Таким образом, успех в бою, да и во всей войне во многом определяется своевременной поставкой всех необходимых для ее ведения средств. При этом важную значимость приобретают коммуникационные линии, по которым проходит поставка необходимых средств.

В свое время немецкий военный теоретик Карл фон Вилизен даже определял всю стратегию как учение о сообщениях: сохранить возможность удовлетворять потребности своей армии в снабжении и лишить того же неприятельскую армию – в этом существеннейшая задача стратега.

«Перерезать линии коммуникаций армии – значит нарушить ее физическую структуру; отрезать ей путь отступления – значит подорвать моральный дух войск; уничтожить линии внутренних коммуникаций армии, по которым передаются приказы и донесения, – значит вывести из строя самый чувствительный организм, обеспечивающий связь между мозгом и телом», – утверждал английский военный теоретик Лиддел Гарт.

В связи с этим серьезной проблемой в современных условиях становится охрана коммуникаций, устройство блокпостов. На решение этих задач у советских войск в Афганистане и у российских войск в Чечне уходило до 50– 60% сил и средств.

Особую актуальность проблема взаимодействия в вопросах тылового обеспечения и охраны коммуникаций приобрела в результате ранее проведенных глубоких структурных изменений военной организации государства, когда Пограничные войска, Внутренние войска, соединения и части Гражданской обороны МЧС и Железнодорожные войска были выведены из состава Вооруженных сил РФ, а задачи тылового и технического обеспечения были возложены по аутсорсингу на коммерческие организации. В настоящее время отсутствует теоретическая, методологическая и нормативно-правовая база передачи функций тылового и технического обеспечения гражданскими аутсорсингами военному ведомству в угрожаемый период и с началом боевых действий.

Взаимодействие повышает возможности

Традиционная американская и натовская формула оценки соотношения сил гласит: «Судить не по намерениям другой стороны, а по ее возможностям». Именно существенные различия группировок СВ, ВВС, ВМС порождают в первую очередь необходимость взаимодействия между ними. К примеру, больше всего во взаимодействии нуждаются самые мощные по вооружению Ракетные войска стратегического назначения. Эти войска не имеют собственных сил для прикрытия не только от средств воздушно-космического нападения и сухопутных сил противника, но даже и от его диверсионно-разведывательных групп. Для защиты своих объектов, прежде всего командных пунктов и пусковых установок, частями, соединениями и объединениями РВСН организуется взаимодействие с войсковыми формированиями Военно-воздушных сил, Сухопутных войск, войск Воздушно-космической обороны.

Кроме того, нельзя быть сильным везде. В настоящее время Россия не в состоянии иметь мощные группировки войск на всех направлениях. Поэтому за счет взаимодействия войск необходимо гибко реагировать на возникающие угрозы. Довольно четко сущность подобных действий выразил русский военный теоретик Генрих Леер: «Стремиться к тому, чтобы быть сильным в том, в чем противник слаб, – подставлять сильную сторону и уклонять слабую».

Кстати, подобный подход реализован в американской концепции сетецентрической войны, в основу которой было положено полное превосходство над противником, достигаемое не за счет подавляющего перевеса в численности войск, сил и средств, а за счет создания необходимых условий для более эффективного их действия даже в условиях недостатка сил. В этом плане американские военные теоретики используют наш опыт перегруппировки войск, сил и средств в операциях Великой Отечественной войны.

Взаимообмен информацией

Достижение военных целей и успешное выполнение войсками задач возможно лишь при условии единого понимания и оценки динамично развивающейся обстановки командованием всех уровней, оперативности реагирования на изменяющуюся ситуацию принятием своевременных и обоснованных решений, ускоренного доведения их до действующих сил для реализации. По большому счету в этом и состоит суть новой стратегии развития Вооруженных сил США, предусматривающей их преобразование в единые сетецентрические и распределенные силы на основе качественного совершенствования системы сбора, обработки и распределения информации.

К сожалению, существующая система управления ВС РФ имеет, как правило, «вертикальные» связи. Своя система в каждом виде Вооруженных сил, роде войск. На флоте – АСУ «Море», в Сухопутных войсках – «Акация», в РВСН – «Сигнал», которые не сопрягаются между собой. Подобная ситуация в ВВС и войсках ВКО.

Информационные потоки без должной степени обработки циркулируют преимущественно по «подсистемам-стволам» видов ВС и родов войск, которые замыкаются на подсистему командования и штаба соответствующего уровня. В силу этого отсутствует возможность комплексной обработки информации и ее доведения в автоматизированном режиме до взаимодействующих войск. В результате информация задерживается, используется не полностью, имеет низкую достоверность, что оказывает негативное влияние на выработку и принятие решений на совместное применение группировок ВС РФ.

«В ходе боевых действий в Южной Осетии фактически не было никакой связи, а следовательно – устойчивого боевого управления, – утверждает военный эксперт, главный редактор журнала «Национальная оборона» Игорь Коротченко. – Это, в частности, привело к попаданию штабной колонны командующего 58-й армией в засаду, устроенную грузинским спецназом. Управление и связь осуществлялись по мобильным и спутниковым телефонам, которые военные «одолжили» у российских журналистов».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.