«Настоящим сообщаю…»

История

reprО массовых репрессиях написано немало. Особый интерес к этим трагическим страницам истории объясняется, прежде всего, стремлением разоблачить тоталитаризм в прошлом и настоящем, не допустить его повторения в любой форме.

Поэтому сегодня особый интерес вызывают, прежде всего, архивные документы, которые рисуют своеобразный портрет периода 1930-х годов.

Публикуемый ниже документ  из коллекции Российского центра хранения и изучения документов новейшей истории, отражает весь трагизм и ложь советского времени, которое вошло в историю как время «массовых репрессий».

Документ публикуется с небольшими сокращениями. Стиль и орфография сохранена.

Председателю комитета

партийного контроля при ЦК КПСС

товарищу  Швернику Н.М.

О массовых репрессиях в отношении партийных и советских кадров Белоруской ССР, начавшихся в 1937 году, и о некоторых других вопросах.

 

Считаю своей партийной обязанностью сообщить Вам следующее.

Из всего периода моей партийной работы с 1928 года и особенно работы первым секретарем Чериковского райкома партии (с 1934 по февраль 1939 г.) я хорошо запомнил 1937 год и первую половину 1938 года, которые были тяжелыми годами для партийной организации Белоруссии. Это были годы массового избиения партийных, советских, хозяйственных, научных и военных кадров республики, огульной массовой и необоснованной репрессией в отношении их, годами неслыханного и трудно представляемого яковлево-маленковского и ежово-бериевского разгрома кадров Коммунистической партии.

Нам теперь ясно, что теоретическим обоснованием этой массовой расправы явились установки Сталина на февральско-мартовском Пленуме ЦК ВКП(б) 1937 года о том, что по мере продвижения вперед к коммунизму будет обостряться классовая борьба и возрастать сопротивление враждебных элементов.

Примерно с этого периода и началась в нашей стране под видом борьбы с врагами народа расправа с кадрами партии и государства, это особенно ярко можно проследить на примере белорусской партийной организации.

Я, как и многие коммунисты Белорусской ССР утверждаем, что массовый разгром большевистских кадров Советской Белоруссии начался с появления в Белоруссии в июле 1937 года Яковлева и Маленкова Г.М.

В самом деле, только в конце июня 1937 года закончил свою работу очередной XVI съезд КПБ, но не прошло и двух недель после съезда, как было арестовано руководства ЦК КПБ — секретари ЦК Шарангович В.Ф. и Денискевич, накануне этого съезда был арестован Ежовым и Берманом Председатель Совнаркома Белоруссии, член бюро ЦК КПБ Голодед Н.Ф., а в период работы съезда застрелился в своем служебном кабинете Председатель ЦИК БССР, член бюро ЦК КПБ Червяков А.

После ареста руководства ЦК КПБ и Совнаркома БССР в конце июля 1937 года в Минск приехали Яковлев и Маленков Г.М. Они созвали внеочередной пленум ЦК КПБ. Припоминаю, что этот пленум открывал Председатель Совета Министров БССР, член бюро ЦК КПБ т. Волкович Л.И., он вместе с секретарем ЦК КПБ т. Потапейко (потом сами были арестованы и истреблены) сидели в президиуме пленума ЦК КПБ.

На этом пленуме Яковлев сделал доклад или информацию о том, что в БССР якобы активизировались враждебные, шпионские, националистические элементы, которые ведут предательскую работу по срыву социалистического строительства, и что многие руководящие партийные и советские кадры республики сами являются затаившимися врагами народа.

Так, например, говорил он, уже арестованы секретари ЦК КПБ Шарангович и Денискевич, бывший Председатель Совнаркома Голодед, бывший Наркомзем БССР Бенек и другие, как враги народа.

Ему всячески поддакивал и подпевал репликами сидя в президиуме Маленков Г.М., которого мы тогда еще знали только по бумагам, какие он подписывал сперва как заместитель, а затем как заведующий ОРПО ЦК ВКП(б).

Затем Яковлев и Маленков стали вызывать секретарей ОК, ГК, РК, КПБ, председателей окружных, городских и районных исполкомов, членов и кандидатов ЦК КПБ с требованием дать объяснения, почему они не ведут борьбу с враждебными элементами в их округах, городах и районах, а некоторые сами вредят.

По сути дела на пленуме никаких прений не было, это были не выступления членов и кандидатов ЦК, а показания обвиняемых, на которых резко нападали с одной стороны как “грозный судья” Яковлев, а с другой стороны, как “гневный прокурор” Маленков.

Тут же большинству выступающих объявлялось, что они снимаются с работы, исключаются из партии, предлагалось положить на стол партийный билет и удалиться из зала пленума. После выхода этих товарищей за дверь, а некоторых и прямо у дверей пленума, хватали за руки ежовско-бермановские холуи, вели через здание ЦК к специально подготовленным машинам, в которых и отвозили во внутреннюю тюрьму МВД, арестованных таким образом членов и кандидатов ЦК КПБ, секретарей окружкомов, горкомов, райкомов партии и председателей исполкомов.

Много тогда было наложено партийных билетов на стол президиума Яковлевым и Маленковым, а отправлено в тюрьму еще больше.

Трудно сейчас за давностью времени (21 год) вспомнить все фамилии членов и кандидатов ЦК КПБ, секретарей партийных органов и председателей исполкомов, но припоминаю, что Яковлев и Маленков так поступили тогда с товарищами Жолудевым — член ЦК КПБ, Лубина — председатель Мозырского окрисполкома, член ЦК КПБ, Вайманом — секретарь Рогачевского райкома партии, член ЦК КПБ, Ломбровским — секретарь тогда Койдановского, теперь Дзержинского РК КПБ, член ЦК КПБ, Лихерзаком — зав. промотделом ЦК КПБ, бывший секретарь Жлобинского райкома партии, член ЦК КПБ, Чернышевым — секретарь Бобруйского окружкома партии, член ЦК КПБ, кажется с комкором Петровским — командующий Бобруйским укрепрайоном — член ЦК КПБ и многими другими.

Точно очевидно можно установить по стенограмме пленума, если она сохранена и правдива.

Должен сказать, что многие члены и кандидаты ЦК КПБ, а также мы, секретари райкомов партии, не только с болью переживали происходящее, но и каждый с тревогой ожидал своей очереди для расправы.

Как мне помнится, после пленума ЦК Яковлев оставался некоторое время в Минске, а Маленков поехал в Москву и привез оттуда новое руководство ЦК КПБ: Волкова А.А. и Левицкого А.М., а последние подобрали третьим секретарем ЦК КПБ такого пешку как Репинский.

При Волкове, Левицком, Репинском и министре внутренних дел БССР Бермане разгром руководящих кадров Белоруссии продолжался еще с большей силой. Вдохновленные Яковлевым и Маленковым, Волков и Левицкий, а также Берман на бюро и пленумах ЦК КПБ пачками снимали с работы и исключали их партии руководящих, партийных, советских и других работников. Не могу не отметить иезуитскую роль Левицкого и Бермана в этом деле и то, что Волков был только слепой дубиной в их руках по разгрому кадров партийной организации республики.

К этому времени были сняты с постов и арестованы новый секретарь Председатель Совнаркома БССР т. Волкович В.И., секретарь ЦК КПБ т. Потапейко (один расстрелян, а второй умер в тюрьме) и многие другие работники центральных, окружных, городских, районных и первичных партийных организаций.

Весь 1937 год и в первой половине 1938 года снимались с постов, исключались из партии руководящие работники центральных, окружных, городских и районных организаций, причем первые и вторые секретари райкомов партий, председатели райисполкомов не менее трех составов, а  в некоторых городах и районах и четыре состава секретарей партийных органов при этом подавляющее большинство их арестовывалось.

В результате этих провокационных, авантюристических преступных действий Яковлева, Маленкова, Волкова, Левицкого, Бермана, а затем Наседкина в Белоруссии были разбиты (неосновательно сняты) и без всяких оснований арестованы многие даже без исключения из партии, тысячи руководителей партийных, советских, военных, хозяйственных организаций республики и десятки тысяч ни в чем не повинных честных коммунистов, преданных своей социалистической Родине.

Вот только некоторый перечень руководящих кадров Белоруссии, над которыми была учинена расправа Яковлевым, Маленковым Ежовым, Берия, Берманом, Наседкиным как на территории Белоруссии, так и за ее пределами.

Гикало Н.Ф. — секретарь ЦК КПБ (любимец партийной организации и белорусского народа)

Гамарник — секретарь ЦК КПБ, нач. ПУРА

Кнорин В.Г. — секретарь ЦК КПБ, член президиума ИКИ

Крыницкий — бывш. секретарь ЦК КПБ, секретарь Саратовского обкома ВКП(б)

Гей — секретарь ЦК КПБ

Василевич — секретарь ЦК КПБ

Денискевич — секретарь ЦК КПБ

Потапейко — секретарь ЦК КПБ

Ананьев — секретарь ЦК КПБ

Рыскин — секретарь ЦК КПБ

Адамович — бывш. председатель Совнаркома БССР

Голодед — председатель Совнаркома БССР

Волкович Л.И. —

Стакун — председатель ЦИКА БССР, бывш. секретарь Гомельского окружкома КПБ

Журавлев — зам. пред. Совнаркома БССР, бывш. секретарь Витебского окружкома БССР

Темкин А.И. — зам. пред. Совнаркома БССР

Саякьян— зам. пред. Совнаркома БССР

Балтин А.Я. — зам. пред. Совнаркома, Наркомснаб БССР, чл. КПСС с 1912 г.

Рачицкий Ф.И. — Наркомзем БССР

Бенек К.Ф. — зам. пред. Совнаркома, Наркомзем БССР

Любович — зам. пред. Совнаркома — председатель Госплана БССР

Грисевич — председатель ВСНХ

Славинский А.С. — секретарь Минского окружкома партии

Вайнович — секретарь Полоцкого окружкома партии

Ляхов — — “ — Лепельского — “ —
Каменштейн — “ — Слуцкого — “ —
Чернышев — — “ — Бобруйского — “ —
Моисеев — — “ — Борисовского райкома партии
Климчук — — “ — Могилевского — “ —
Мовшович — — “ — Гомельского — “ —
Геврасев — — “ — Чауссовского — “ —
?ышалов — — “ — Дубровенского — “ —
Керженевич — “ — Паричского, а затем Витебского райкома партии
Анисов — — “ — Полоцкого окружкома партии
Турлей — — “ — Полоцкого райкома партии
Лискович — — “ — Сталинского райкома партии г. Минска
Дробинский — “ — Гомельского горкома партии
Каминштейн — “ — Толочинского райкома партии
Плетнев — — “ — Руденского райкома партии
Сосинов — — “ — Березинского — “ —
Штейнгард Аркидий — “ — Горецкого — “ —
Соскин — “ — Оршанского — “ —
Скороход — “ — Плещеницкого — “ —
Ковалев
Захар
— “ — Ворошиловского райкома партии
г. Минска
Фельдман — — “ — Пропойского райкома партии
Сердюков — — “ — Освейского — “ —
Домбровский — “ — Дзержинского

 

— “ —
Домбровский — “ — Туровского — “ —
Кардаш — — “ — Любанского — “ —
Боярченко — “ — Быховского — “ —
Хаскин — — “ — Заславского — “ —
Кузьмин — — “ — Костюковичского — “ —

Пыжиков — бывш. секретарь Полоцкого райкома партии

Гантман — секретарь Гомельского окружкома партии

Кечкин — секретарь Климовичского райкома партии

Геравкер — секретарь Кричевского райкома партии

Жолудев — член ЦК КПБ

Дубина — председатель Мозырского окрисполкома

Володько — Председатель Гомельского окрисполкома
Молокович — — “ — Гомельского — “ —
Малашенок — — “ — Гомельского — “ —
Пущин Франц — “ — Лепельского — “ —
Свиридов — — “ — Полоцкого — “ —

Куделько — наркомфин, быв. зав. торговым отделом ЦККПБ

Хацкевич А.И. — Наркомфин БССР

Жукович — Нарком коммунального хозяйства, бывш. пред. Минского горсовета

Карклин — Нарком, председатель ВСНХ БССР

Карп — зам. председателя ВСНХ БССР

Левков —  секретарь ЦИКа БССР

Гнилякевич — секретарь ЦИКа БССР

Платун — Наркомпрос БССР

Чернушевич А.А. — Наркомпрос БССР, бывш.зав.отделом культуры и пропаганды ЦК КПБ

Воронченко Алесь — Наркомпрос, бывш. секретарь райкома партии г. Минска

Пивоваров — Наркомпрос БССР

Дяков — Наркомпрос БССР

Лихерзак — зав.пром.отделом ЦК КПБ, бывш.секретарь Жлобинского райкома партии

Рубинштейн — зав. ОРПО ЦК КПБ

Тавакальян — зам. зав. ОРПО ЦК КПБ

Коник — зам. зав. кульпрома ЦК КПБ

Гурвич — зам. пред. ЦКК и Наркома РКИ

Гвоздецкий — уполмингаз

Готфрид — зав. отделом ЦК КПБ

Ковальчук — зам. зав.сельхозотделом ЦК КПБ

Баскин — предселатель Белкоопсоюза

Васерман — Нарком коммунального хозяйства

Шпекторов — Наркомздрав

Ценципер — Наркомдрав

Бурачевский — Наркомздрав БССР, бывш. Секретарь Дриссенского райисполкома

Шаболтас С.А. — Управделами Совнаркома БССР, бывш. пред. Полоцкого райисполкома

Плешаков — секретарь ЦСПБ, секретарь Любанского райисполкома парт.

Арабей — зав. Отделом ЦК

Виленстович — Гарбуз П.Г. — секретарь Оршанского окружкома

Хадасевич П.И. — секретарь Горкома КПБ

Самохвалов — секретарь ЦК ЛКСМБ

Головач Платон — секретарь ЛКСМБ, писатель

Герцович — секретарь ЦК ЛКСМБ и ЦК ВЛКСМ

Августайцис — секретарь ЦК ЛКСМБ

Брагинский — секретарь Гомельского окружкома комсомола

Купельский — председатель Верховного суда БССР

Кузьмин — Прокурор БССР

Глезеров — зам. Прокурора БССР

Минчонок — прокурор Полоцкого округа

Абражунас — Нарком коммунального х-ва, бывш. пред. Оршанского окрисполкома

Аршак — зам. Наркома соц. Обеспечения, член КПСС с 1916 года

Плавник — зам. Наркома здравоохранения, бывш. секретарь райкома партии

Ломбаль — вице-президент Академии Наук БССР

Георгадзе — Нарком легкой промышленности БССР

Поссе — директор института истории партии, бывш. пом. Секретаря ЦК КПБ т. Гикало

Матусевич — зам. Пред. Белкоопсоюза

Гершон — зам. Наркомпроса БССР

Матусевич — член корреспондент Академии наук БССР

Ермаков — зам. Пред. Госплана БССР, бывш. секретарь Шкловского райкома партии

Злотников — зам. зав. ОРПО ЦК КПБ

Баранчик — зам. Наркомзема БССР, бывш. пред. Борисовского райисполкома

Хейвец — бывш. редактор газеты “Рабочий”

Ошерович — редактор газеты “Октябрь”

Харик Изя — член-корреспондент АН БССР, поэт

Млодек — нач. Промотдела Совнаркома БССР

Михайлов И.М. — зав. Отделом Совнаркома БССР

Кроль — нач. Республиканского Управления милиции

Эгле — нач. ПУРА Главного Управления милиции

Портной Семен — пред. Полоцкого райисполкома

Стрелле Г.В. — зам. Пред. Белкоопсоюза, член КПСС с 1917 года

Петровский — командующий Бобруйским  укрепрайоном, член ЦК КПБ

Смирнов — комиссар Полоцкого УКРЕП района

Вайнер — комкор, член ЦК КПБ

Сердич — комкор, член ЦК

Супрун — член ЦК КПБ

Ковтюк — комкор, член ЦК

Конюхов — Зам. Командующего БВО, бывш. секретарь райкома партии г. Минска

Юнг — комиссар корпуса, член ЦК

Алкнис — комдив 5

Гуляев — нач. подив 5

Я уже не говорю о бывших командующих Белорусского военного Округа Егорове, Уборевиче, Белове и др.

В 1938 году (июнь м-ц) на XVII съезде КПБ Волков и Левицкий были освобождены от занимаемых постов. Секретарем ЦК КПБ по предложению т. Андреева А.А. съезд избрал Пономоренко П.К. К этому времени из Белоруссии был убран нарком внутренних дел Берман, а позже и Наседкин.

Во второй половине 1938 года ЦК КПБ под руководством т. Пономаренко провел некоторую работу по исправлению указанных ошибок и грубых нарушений социалистической законности в отношении кадров, но позже к концу 1938 года, когда в Белоруссии появился посланец Берия, его закадычный друг, единомышленник нарком внутренних дел Цанава-Ранава Л.Ф., исправление этих грубых нарушений законности по сути дела было приостановлено и уже в конце 1938 года Цанава сам начал создавать, фальсифицировать новые провокационные дела в отношении руководящих большевистских кадров республики.

До Великой Отечественной войны им были созданы провокационные дела в отношении председателя Совнаркома БССР — председателя Минского облисполкома Ковалева А.Ф., секретаря Речицкого райкома партии Рыжова-Рыкова, быв. управделами Совнаркома Кандыбовиче, бывш. нач. Управления рабпрома БССР Антонова, гл. инженера Минской ТЭЦ Журавлева и многих, многих сотен других дел, часть из которых описана мною в моем письме Генеральному прокурору Союза ССР т. Руденко и Секретарю ЦК КПБ т. Патоличеву Н.С. от 3 и 30 января 1954 г. и в моих показаниях от 16 августа 1954 г., копию которых я представил 15.III-58 г. комиссии КПК при ЦК КПСС т.т. Шатуновской, Витиевскому, Кузнецову.

После Великой Отечественной войны и в период ее им были созданы провокационные дела на честных руководящих работников Белоруссии, коммунистов т.т. Пыжикова , Анисова C., Левицкого П.А., Жовмерчука, Бусловича, Каминского, Шнайдмана, Горелика и друг. якобы организаторов и руководителей контрреволюционной националистической еврейской организации Белоруссии во главе с Михоэлсом и Эринбургом в Москве. Хотя Шнайдман и Горелик были изобличены как жулики, расхитители социалистической собственности. А в самое последнее время в 1950—52 г.г. на бывшего министра просвещения — депутата Верховного Совета СССР и БССР — члена КПСС с 1917 года т. Саевича, министра пищевой промышленности Арестовича, секретаря Гомельского обкома партии Лемченко, секретаря Гродненского обкома партии Притыцкого, секретаря Барановичского обкома партии Самутина, зам. пред. Совнаркома БССР Шаврова и многих других.

Особенно распоясался Цанава в конце 1948 года и в 1949—51 годах. К этому времени ему, а также Зимянину, Козлову удалось убрать меня из Белоруссии под благовидным предлогом — направление на учебу в Москву. Я не располагаю данными о количестве дел, направленных за эти годы Цанава и Бондарем на Особое Совещание, а также данными о судимости военными трибуналами БВО и войск МВД БССР, но располагаю данными судебной статистики территориальных судов республики, из которых видно, что как раз в 1949—1951 годах судимость за контрреволюционные преступления в руспублике увеличилась в два, три и почти в четыре раза по сравнению с 1945—46 и 47 г.г.

Достаточно было Цанава в 1952 году уехать из Белоруссии, как судимость по контрреволюционным преступлениям в судах республики резко падает с 789 осужденных в 1951 году до 174 осужденных в 1952 году.

Активными помощниками Цанава по наведению всей этой по сути дела вражеской работы в органах МВД и МГБ были его заместители Есаулов, Новик, Лечко, ответственные работники полковник Хват, майоры Бабаевский, Крупенков, Сухарев, начальники и заместители начальников областных управлений МВД и МГБ БССР Пинского — Фролов, Брестского — Химченко, Гродненского — Соцкий, Витебского — Кудинов и многие др., а также Прокурор войск МВД БВО полковник Артименко, который на задних лапках выслуживался у Цанава, давал много необоснованных санкций на арест ни в чем неповинных советских людей.

Анализируя положение дел в стране и в партийной организации Белоруссии, нельзя не видеть, что такой позорный период в истории нашей партии был явлением далеко не случайным, его создали, организовали некоторые авантюристические и преступные элементы, пробравшиеся на руководящие посты нашей партии и Советского государства типа Ежова, Яковлева, Берия, Маленкова, Цанава, Бермана и др.

Многие коммунисты как и я считаем, что во всех этих кровавых делах в разгроме кадров партии и государства повинен не меньше Берия и Маленков Г.М. Не будет ошибкой сказать, что его руки в крови. Это он был одним из организаторов и вдохновителей массового разгрома и физического истребления кадров белорусской партийной организации в 1937 и в последующих годах. По нашему мнению, это он с трижды проклятым иудой врагом партии и государства Берия, идя к власти через гору трупов честных коммунистов, уничтожил секретаря ЦК ВКП(б) т. Жданова А.А., а позже руки Маленкова были обагрены кровью виднейших деятелей Коммунистической партии и Советского государства т.т. Кузнецова, Вознесенского, Родионова,  Попкова и др.

Это он всюду и везде насаждал свои кадры в партийных организациях областей РСФСР, Украины, БССР и др. союзных республик.

Мне и многим коммунистам было несколько непонятна та великая терпимость, которую проявил Президиум ЦК КПСС к Маленкову, по нашему мнению он должен был не только сейчас, а уже тогда нести такую же ответственность, какую понесла вся банда Берия, тем более после июльского Пленума ЦК КПСС 1957 года, которым была установлена дальнейшая враждебная деятельность Маленкова, занесшего свою кровавую руку на ленинское единство партии, на мудрое руководство ЦК КПСС.

Из всего сказанного выше вытекает первый вывод о том, что Маленков Г.М. за свои преступные враждебные действия не достоин носить звания члена КПСС и должен нести строгую уголовную ответственность. Должны понести партийную, а если нужно и государственную ответственность ответственные работники нашей партии и советского государства, которые помогали Ежову, Маленкову, Берия, Цанава, Берману, Наседкину в их подлых делах и расправе с честными коммунистами, преданными социалистической Родине.

Должен сообщить вам, что в Белоруссии из дела Берия и из всего вышеизложенного, что касается преступной деятельности Маленкова Г.М. должны быть сделаны тоже серьезные выводы в отношении некоторых руководящих работников Белоруссии, которые помогали Берия, Маленкову  Цанава творить свои гнусные дела.

Мною еще в 1954 году в мае м-це была подготовлена записка в Президиум ЦК КПСС о фактах непартийного поведения некоторых руководящих работников Белоруссии. Речь шла и Зимянине, Козлове и некоторых других, которые группировались с Цанава и помогали ему в массовом избиении партийных кадров Белоруссии уже в самое последнее время в 1949—52 г.г., но, подумав, что все эти работники в свое время выдвигались Пономоренко и Маленковым, а Маленков занимает пост Председателя Совета Министров СССР и ведет Президиум ЦК КПСС, честно говорю, что я, будучи уже неоднократно ошельмованным Цанава, Зимяниным, Козловым и др., не решился направить эту записку, боясь дальнейшей расправы со мной.

Вот что говорилось в этой записке, которую я хочу даже несколько добавить в моем письме к Вам:

“Руководствуясь 3 параграфом Устава КПСС (пункт “а”), считаю своим партийным долгом сообщить Вам о следующем:

Многие коммунисты и товарищи из партийного и советского актива республики, в том числе и я, считаем, что в Белоруссии до сих пор не сделаны должные выводы из дела врага нашей партии и Советского народа, агента международного империализма Берия, соучастников этой иезуитской банды и ставленников ее в Белоруссии, каким был бывший Министр государственной безопасности БССР Цанава, в отношении некоторых руководящих работников Белоруссии и прежде всего т.т. Козлова — Председателя Президиума Верховного Совета БССР, Зимянина — члена ЦК КПСС, бывшего II секретаря ЦК КПБ, ныне ответственный работник МИД СССР.

Вся партия с величайшим негодованием ознакомилась с текстом обвинительного заключения по делу этой банды, заклеймила позором и трижды прокляла ее и каждого из этой ничтожной кучки, кто в той или иной мере был связан и оказывал ей поддержку.

В обвинительном заключении Прокуратуры СССР в ноябре 1953 года черным по белому написано, что в записной книжке врага народа быв. зам. министра госбезопасности СССР Кобулова сделана запись о том, что в Белоруссии необходимо снять с поста первого секретаря ЦК КПБ т. Патоличева Н.С. и назначить на эту должность Зимянина М.В.

Даже после одного этого становится странным и непонятным, что Зимянин М.В. продолжает оставаться членом ЦК КПСС и зав. IV Европейским отделом МИД СССР, что видно из сообщений центральной печати от 25 марта 1954 года газеты “Известия”, “Правда”.

Должен сообщить Вам, что такая пометка в записной книжке не была случайной Дело в том, что работая в Белоруссии, Зимянин, как Козлов и Абрасимов неизвестно на каких началах и по каким мотивам идейно и организационно сблокировались с Цанава, активно помогали ему в его преступных притязаниях и действиях поставить Министерство внутренних дел над ЦК КПБ и Правительством Белоруссии.

Эти люди всячески мешали партийной организации и новому руководству ЦК КПБ бороться за полное выполнение директив ЦК КПСС и Советского правительства, помогали Цанава избивать честных и преданных партийных и советских работников, даже из числа больших руководящих работников.

Так, например, эта группа добивалась снятия с работы первого секретаря Гродненского обкома КПБ, национального белорусского героя Притыцкого Сергея Иосифовича, а Цанава добивался его ареста.

Далее, эта группа добивалась снятия с работы первого секретаря Барановичского обкома партии Самутина, а Цанава фальсифицировал материал для дальнейшей расправы с ним.

Этой группой узаконено было создание провокационного дела на члена партии с 1917 года, депутат Верховного Совета СССР и БССР быв. министра просвещения Саевича Платона Васильевича и др.

Эта группа боролась и выживала всяческими способами и методами с Белоруссии из числа партийного руководства и актива всех честных коммунистов, руководящих работников, которые в какой бы то ни было мере, видя их антипартийное поведение, критиковали их или пытались поднять свой голос против этого и которые по своим деловым и политическим качествам стояли на много голов выше этой группы и могли быть призваны партией к руководству партийной организацией.

Примером этого является устранение от руководящей работы в Белоруссии бывших секретарей ЦК КПБ Чернышева В.Е. — Героя Советского Союза, Малина В.Н., Ганенко И.П., Закурдаева В.И., Тура И.П., 1-го секретаря Минского обкома КПБ — Бугаева Е., Асадчего — II секретаря Витебского обкома КПБ, первого секретаря Витебского обкома КПБ — Прохорова Н.И., Клещева А.Е. — быв. Председателя Совета Министров БССР, Героя Советского Союза и многих других

Этим людям мешал, например, и бывший кандидат в члены ЦК КПСС, первый секретарь ЦК КПБ Гусаров Н.И. Воспользовавшись некоторыми ошибками и недостатками Гусарова, эти работники, сами повинные в провале многих вопросов в республике, особенно в руководстве сельским хозяйством, через Маленкова добились, чтобы Гусарова из Белоруссии убрали.

Не пришелся им и по душе первый секретарь ЦК КПБ, посланец Центрального Комитета, член ЦК КПСС т. Патоличев Н.С. и потому они, очевидно по прямому указанию Берия, домогались во что бы то ни стало убрать из Белоруссии т. Патоличева, что они и пытались сделать, прикрывшись фальшивым национальным сцягом.

В период июльского Пленума ЦК КПБ мне и другим товарищам не были известны многие факты из деятельности этих лиц (Цанава, Козлов, Зимянин, Абрасимов) так как я находился, по сути дела, “в изгнании” вне пределов Белоруссии около 5 лет. Теперь же из устных сообщений, заявлений многих коммунистов и рабочих достоверно известно, что еще задолго до отъезда из Белоруссии Цанава на работу в Москву на пост зам. министра госбезопасности Союза ССР эти руководящие работники собирались на даче Степянка у Цанава, где последний распределял руководящие посты Белоруссии.

Пост первого секретаря ЦК КПЬ Цанава обещал Зимянину М.В., Козлову В.И. пожизненно был обещан пост председателя Президиума Верховного Совета БССР и вторая Золотая Звезда, пост председателя Совета Министров БССР был обещан Абрасимову П.А. и т.п.

таким образом вновь повторяю, что фамилия Зимянина в записной книжке Кобулова я считаю записанною далеко не случайно.

Цанава и Кобулов закадычные друзья и единомышленники по преступной деятельности в иезуитской банде Берия, эта ничтожная кучка врагов бериевцев нащупали и твердо знали карьеристический характер Зимянина, которого они и пытались, на мой взгляд, фигурально выражаясь, купить за 30 сребрянников.

К этому надо добавить, что Зимянин, будучи вторым секретарем ЦК КПБ и занимаясь сельским хозяйством и партийной работой, называл себя “аварийным секретарем”, т.е. таким секретарем ЦК, которого посылают туда, где авария, провал, туда, где плохо, по сути дела, завалил сельское хозяйство Белоруссии, замалчивал и утаивал правду от ЦК КПСС о действительном плохом состоянии сельского хозяйства в Белоруссии.

Вы, Никита Сергеевич, совершенно правильно сказали на сентябрьском, февральско-мартовском Пленуме ЦК КПСС, что сельское хозяйство Белоруссии находится в неудовлетворительном состоянии давно и запущено не в последние годы.

По вине Зимянина только в зиму 1951—52 г.г. погибло сотни тысяч голов колхозного скота.

Партийный актив и коммунисты с возмущением узнали, что Зимянин выполнял указания Берия, не научившись большевистским методам руководства, а применяя бериевские по сути дела фашистские приемы в партийной работе, установил на июньском Пленуме ЦК КПБ 1953 года тайную запись пленума, где записывалось все то, что говорилось не в угоду Берия, Маленкову, а в защиту Патоличева, и за это пока понес ответственность, снят с работы один стрелочник, бывший зав. особого сектора ЦК КПБ т. Крыжевич, который это выполнил по заданию Зимянина.

Мы уверены, что об этом не могли не знать Козлов, Абрасимов и др. цанавовские приспешники.

Должен объяснить Вам, что сращивание Козлова и Зимянина, Абрасимова с Цанава зашло настолько далеко, что этого они не скрывали, а открыто в кабинетах ЦК, в Президиуме Верховного Совета и Совета Министров БССР при встречах, в присутствии других работников обнимались, целовались и взаимно восхваляли друг друга.

Дело дошло до того, что при проводах Цанава в Москву на ст. Минск Козлов, Аюрасимов и другие, на глазах всего народа горько плакали и так крепко обнимались, что не могли расстаться, что не заметили, как тронулся поезд, и они доехали до ст. Орша более 200 км, а вслед за ними шли легковые машины, шофера которых говорили об этом.

Потеря бдительности, политическая слепота, потеря принципиальности и чувства меры дошли у Козлова, Зимянина, Абрасимова и др. Так далеко, что после отъезда Цанаваиз Белоруссии эти руководящие работники с привлечением других типа непревзойденных подхалимов Асмоловского, Короля специально обсуждали вопрос о том, чтобы воздвигнуть в г. Минске монумент этому провокатору и иезуиту, врагу нашей партии и советского народа Цанава.

Я уже не говорю подробно, что Козлов, Зимянин, Горбунов, Мазуров и другие активно содействовали в издании и восхваляли книгу Цанава “О партизанской борьбе в Белоруссии”, кстати сказать, написанной не Цанава, а коллективом авторов, деньги же за нее более полмиллиона получил Цанава.

Во всей белорусской периодической печати, журнале “Большевик”, в центральных газетах Козлов и Цанава восхваляли взаимно друг друга, оттирая от написаний работ о партизанском движении активных участников подпольной работы и партизанской борьбы, всячески мешая авторам в принципиальном изложении действительной истории партизанской борьбы в Белоруссии, действуя по принципу: “кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку”. Эту историю у нас приспосабливают к лицам, кто сейчас находится у власти.

Надо сказать, что по вине некоторых руководящих работников (Пономоренко, Авхимовича, Калинина, Горбунова, того же Цанава и др.) роль Козлова и Зимянина в партизанской борьбе очень здорово преувеличена, а они сами ее потом подняли и раздули до небес, причем Козлов возомнил себя “вождем” и протаскивает в своих выступлениях и с позволения сказать, трудах, “теорию”, что он и Минский обком партии был фактическим руководителем всей подпольной КПБ.

Зимянин долгое время считал, что комсомол Белоруссии и он тоже были, фактически, руководителями партизанской борьбы республики.

Белорусским драматургом Кучером была написана пьеса “Это было в Минске”, где показывается роль Козлова в создании Минского подполья и убийстве гитлеровского генерального комиссара Белоруссии Кубе. Действительно в Минске было партийное и партизанское подполье, существовал и подпольный горком партии, партизаны убили Кубе, но Козлов тут не причем. Он в Минске никогда не был и не вылазил из своего болота на острове Хлус Любанского района, а затем с Чырвоного озера Житковичского района Полесской области.

Это писатель Кучер в порядке угодничества и подхалимства притащил Козлова за уши в Минск и сделал его организатором Минского подполья, тогда как действительные организаторы Минского партийного подполья, как это ни странно, до сих пор не признаны и не отмечены, потому что этого не хочет и не допускает Козлов, он почему-то боится правды.

Для партийной организации и теперь непонятно поведение Козлова и других в самое последнее время. Уже из известных ЦК КПСС и приведенных мною только некоторых фактов ясно видно, что Зимянин, Козлов, Абрасимов допустили Крупные политические ошибки, потерю политической бдительности, сросшись с активным бериевцем Цанава и волей неволей помогали ему в осуществлении преступных замыслов Берия.

Нелишне напомнить здесь, что Козлов и Зимянин в мае или в июне 1953 года были лично у Берия. Нам неизвестно, он звал их или они сами ходили к нему, но факт остается фактом, что Козлов, вернувшись с Москвы, похвалялся многим коммунистам из партактива (т.т. Тимчуку, Варвашеня и др.) о том, что Берия “учил” его, как проводить национальную политику в Белоруссии.

Между тем, до сих пор ни Козлов, ни Зимянин и др. Нигде не выступили с признанием, осуждением и критиков своих политических ошибок, хотя за этот период было много таких возможностей — июльский, сентябрьский, февральский и апрельский Пленумы ЦК КПБ, городские, областные, партийные конференции, и, наконец, XXI съезд КПБ.

Более того, если один из этих работников т. Абрасимов, хотя и не выступил перед широкой партийной аудиторией с критикой своих ошибок, не выступал о них перед руководством ЦК, перед бюро ЦК и практически на деле показывает, что он сознал эти ошибки, которые являются результатом его малого жизненного опыта и обдает всего себя на практической работе, то Козлов до сих пор не только не выступил с критикой своих ошибок, но их и не осознал и не признал, на деле не исправляет, считая себя непогрешимым деятелем.

Боясь публично выступить с критикой недостатков руководства ЦК КПБ и лично т. Патоличева, Козлов за то, что Патоличяев на июльском Пленуме ЦК КПБ 1953 года поддержанный всеми участниками Пленума покритиковал непартийное поведение и крупные политические ошибки Козлова, скрыто в кругу своего окружения Бельский, Бондарь, Мечульский и некоторые др. Компрометирует т. Патоличесва, пытается подорвать авторитет т. Патоличева, которым он заслуженно пользуется в партийной организации Белоруссии.

Кроме того, Козлов до последнего времени расходится с руководством ЦК ПБ в оценке состояния сельского хозяйства Белоруссии, продолжая линию приукрашивания действительного положения дел в сельском хозяйстве республики (низкие урожаи, малая продуктивность скота, низкий трудодень и т.д.). Так, в конце прошлого 1953 года им была написана статья “Цветущая республика”. Статья эта через ТАСС была помещена на страницах десятка газет страны. Когда некоторые редакторы центральных белорусских газет “Драгун, Здоровенин) отказались помещать статью в таком “розовом” виде, Козлов обвинил их в том, что они игнорируют его как Председателя Президиума Верховного Совета БССР и пригрозил им внесением этого вопроса на ЦК. Так обстоит дело.

По заявлениям руководителей ЦК КПБ, например, на XXI съезде (выступления т.т. Патоличева, Авхимовича, Мазурова, Горбунова, Козлова) в ЦК КПБ есть коллегиальность и единство. Как выяснилось после съезда и из приведенных мною фактов, эта коллегиальность и единство является внешним, показным. Фактически ее нет, ибо Козлов в Минске, а Зимянин в Москве продолжают борьбу против руководства ЦК КПБ и лично т. Патоличева.

Этим самым мешают здоровой нормальной работе Центрального Комитета КПБ, возглавляющего огромную работу партийной организации по выполнению исторических решений сентябрьского и февральско-мартовского Пленумов ЦК КПСС”.

Делая отступления от моей записки 1954 года, я должен сообщить Вам, что по нашему мнению Козлов и сейчас в полной мере не помогает новому руководству ЦК КПБ т. Мазурову К.Т., которого поддерживает вся партийная организация Белоруссии. Наоборот, Козлов часто мешает проведению правильных и необходимых мер на укрепление запущенных участков партийной и государственной работы. Известно, что Козлов долгое время сопротивлялся в освобождении от работы своего личного друга председателя Совета профсоюзов Белоруссии Бельского И.А., известного бездельника, завалившего работу профсоюзов Белоруссии.

Партийный актив уже знает про ту обструкцию, которую Козлов недавно устроил на бюро ЦК КПБ, настаивая на оставлении в списке кандидатов в депутаты Верховного Совета СССР опять своего закадычного друга и ставленника Зимянина и Цанава — Прокурора БССР Бондарь А.Г., не имеющего особых заслуг, чтобы третий раз избираться в Верховный Совет СССР. За это время в Белоруссии выросли новые люди новаторы промышленности, сельского хозяйства, герои социалистического труда, председатели колхозов, секретари райкомов КПБ в Гомельской области таким достойным кандидатом мог бы быть секретарь Гомельского райкома КПБ, Герой Социалистического Труда т. Половинко, вся жизнь которого посвящена работе в районе.

Между тем Козлов добился оставления Бондаря в списке кандидатов, и он сейчас третий раз избран в депутаты Верховного Совета СССР.

В записке далее указывалось “Из всего этого напрашивается следующий вывод:

Зимянин М.В. не оправдал высочайшее звание члена ЦККПСС и ему нельзя доверять тот пост, который он сейчас занимает.

Козлов В.И. не оправдал высокого доверия, оказанного ему Коммунистической партией Советского Союза и Советским правительством и для нормальной работы парторганизации в Белоруссии, прекращения всяких закулисных игр и споров, лихорадящих парторганизацию, на мой взгляд, от занимаемого поста его следует освободить. Тем более, если принять во внимание его совершенно низкий политический и культурный уровень развития и нежелание серьезно поднять этот уровень.

Должен сообщить Вам, что это не только мое мнение, такое мнение многих товарищей из партийного актива, членов и кандидатов ЦК КПБ, о чем они высказывались военному прокурору подполковнику Андрееву, который по заданию Генерального Прокурора Союза ССР т. Руденко приезжал в г. Минск для расследования фактов преступной, антигосударственной деятельности ставленника Берия в Белоруссии — Цанава Л.Ф.

Разоблачая Цанава, некоторые допрошенные т. Андреевым руководящие советские и партийные работники, члены и кандидаты ЦК КПБ (т.т. Притыцкий С.И., Романов В.Р., Самутин В.Н., Климов И.Ф., Королев, Здоровенин, Левицкий П.А., я и другие) указывали на все эти факты в отношении Козлова, Зимянина и др.

Тов. Андреев эти показания почему-то не записывал и не старался их выявить (очевидно, у него не было на это полномочий), а записывал только все факты, касающиеся преступной, антигосударственной деятельности Цанава.

О всем вышеизложенном я считаю своей партийной обязанностью сообщить Вам.

Май 1954 год”.

Все это я и сообщаю сейчас Вам, т. Шверник, в связи с работой в Белоруссии комиссии партийного контроля при ЦК КПСС в составе т.т. Шатуновской, Кузнецова и Витиевского.

Член ЦК КПСС с 1927 года, партбилет № 05852269

                                                                      И.Ветров

18 марта 1958 года, г. Минск.

1 thought on “«Настоящим сообщаю…»

  1. фИГНЯ! По стилю и изложенной им самим информации, видно, что автор сам лично принимал активнейшее участие в репрессиях. И во многом является их соавтором.
    Вывод: Репрессии действительно были не совсем справедливыми. Нужно было активней таких «товарищей» давить.
    Если он сам тому же Сталину докладывал, что вокруг враги, почему в этом Сталин виноват?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.