Поротников: Чем больше спецслужб, тем лучше для государства

Новости

368d4c7c7abd619a520475848653c12cБелорусские демократическое сообщество предъявляет к спецслужбам две основные претензии: спецслужб слишком много, и они слишком многочисленны; в них, особенно в руководстве, высок удельный вес небелорусов.

Из первого делается закономерный вывод, что все существующие спецслужбы надо слить в одну, что позволит избежать дублирования функций и сократить численность сотрудников спецслужб. Намек на второй момент тоже прозрачен.

Основываясь на украинском опыте, руководитель проекта Belarus Security Blog Андрей Поротников советует не рубить сплеча. Рассуждая о необходимости реформ спецслужб в рамках проекта «Рефорум», аналитик пишет в «Белорусских новостях», что «дискуссии о сокращении численности белорусских спецслужб недальновидны».

«Следует вести речь о перераспределении ресурсов (человеческих и финансовых) внутри системы для более полного выполнения их функций. Кстати, численность белорусских спецслужб засекречена, и рассуждать в категориях «много-мало» для людей вне этой сферы вообще неуместно», — отмечает А.Поротников.

Фрагментация силовых структур Беларуси направлена на повышение их подконтрольности первому лицу государства, она «усложняет для соседних государств задачу воздействия на силовые ведомства Беларуси в своих интересах».

А дублирование, или, правильнее сказать, определенный нахлест функций — вещь просто необходимая, на чем экономить не стоит. Пример Украины дает четкий ответ на этот вопрос.

Проблемы, с которыми столкнулась в этой сфере нынешняя киевская власть, можно уложить в несколько пунктов. В течение долгого времени в руководстве спецслужб присутствовала российская агентура, проявились массовый саботаж и предательство со стороны сотрудников спецслужб, особенно на востоке страны.

В итоге происходит утечка информация, которая выливается в тяжелые потери со стороны украинских силовиков, задействованных в антитеррористической операции на Донбассе.

Более того, украинская система правительственной связи оказалась уязвимой и не могла обеспечить защищенность информационных потоков в начальный период кризиса. Именно по этой причине украинская сторона начала получать развединформацию от США сравнительно недавно.

Невозможно понять ситуацию в Украине, не разобравшись с архитектурой украинских спецслужб. Их действительно много.

Управление государственной охраны (УГО) — это специальный орган по охране органов государственной власти и высших должностных лиц страны, насчитывающий около 2700 сотрудников; Служба внешней разведки, которая отвечает за разведывательную деятельность в политической, экономической, военно-технической, научно-технической, информационной и экологической сферах, насчитывающая 4350 человек; Главное управление разведки Министерства обороны, которая осуществляет разведывательные функции в военной, военно-политической, военно-технической, военно-экономической, информационной и экологической сферах в интересах военного ведомства, численность засекречена; военная служба правопорядка Вооруженных сил — специальный правоохранительный орган, общей численностью до 1,5% от численности армии (ориентировочно до 2300 человек); Государственная служба специальной связи и защиты информации Украины (ГСССЗИ) — техническая спецслужба при президенте, на которую возложены функции проведения политики в сфере защиты государственных информационных ресурсов, обеспечения работы правительственной связи, национальной системы конфиденциальной связи, криптографической и технической защиты информации. Предельная численность, включая войска правительственной связи — 7220 человек (в подчинении ГСССЗИ находится 16 предприятий); Служба безопасности Украины — ведущая спецслужба, обеспечивающая госбезопасность, основной преемник КГБ УССР. И самая многочисленная из украинских спецслужб — 33 500 сотрудников.

В период своей независимости Украина в целом была довольно демократической страной, что не помешало ей создать многочисленную разветвленную структуру спецслужб.

События после украинской революции показали, что СБУ практически недееспособна, так как наводнена иностранной агентурой. Не лучше ситуация обстояла и с ГСССЗИ.

Фактически на начало кризиса сохранили дееспособность только внешняя и военная разведки, Управление госохраны.

Андрей Поротников подчеркивает, что объективно каждая из украинских спецслужб перекрывала отчасти компетенцию других, особенно в части разведки и контрразведки. Так сложилось исторически, а в условиях первоначального кризиса СБУ в определенной степени выравняло ситуацию. Отсутствие нахлеста привела к проблемам — пример ГСССЗИ показателен.

Аналитик пришел к выводу, что там, где дублирование функций в сфере государственной безопасности не влечет значительных затрат и имеется кадровый резерв для комплектования нескольких ведомств, работающих параллельно, это надо делать. Это касается прежде всего агентурной разведки, контрразведки, борьбы с терроризмом и экстремизмом, противодиверсионной деятельности. Технические направления (спецсвязь, стратегическая радиоэлектронная разведка) для средней небогатой страны типа Беларуси, пожалуй, могут оказаться неподъемными для дублирования несколькими структурами в силу материальных факторов и отсутствия необходимо числа специалистов.

Если бы в Украине сбылась бы мечта части белорусских демократов и была создана одна, но маленькая, спецслужба — скорее всего, Украины уже бы не было.

А это значит, что фрагментация спецслужб, несмотря на необходимость увеличения финансирования, позволяет обеспечить устойчивость системы госбезопасности перед лицом агентурного воздействия враждебных государств.

«Иностранный агент влияния, стоящий в руководстве важного органа — товар штучный. Его внедрение и продвижение — сложный многолетний и затратный процесс. Чем больше спецслужб, тем надежнее для страны, как это ни парадоксально звучит», — отмечает А.Поротников.

Третий вывод: в каждой спецслужбе должен быть свой силовой блок. «С обязательным включением снайперов, причем хорошо экипированных. Судя по всему, во всей Украине только у снайперов УГО были возможности ведения боя в ночных условиях. Остальные силовые структуры только сейчас начали решать вопросы с закупкой крупнокалиберных винтовок и приспособлений для ночной стрельбы», — отмечает аналитик.

Андрей Поротников советует не спешить с люстрацией, которая ассоциируется с групповой ответственностью. Пример с роспуском «Беркута» имел печальные последствия. Поэтому ответственность, в том числе и политическая, может быть только индивидуальной за конкретные персональные провинности, но никак не групповой, когда все отвечают за проступки некоторых.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.