Самая мирная артиллерия: как живет главный салютный дивизион России

Армия Оружие

Самая мирная артиллерия: как живет главный салютный дивизион страныЗалп, другой, третий — и над Москвой появляются огромные цветы. Желтые, зеленые, красные. Над Кремлем, над соборами, над набережными, в спальных районах. Праздничные салюты в столице обычно длятся не дольше десяти минут. За этими минутами — месяцы работы 449-го отдельного гвардейского салютного дивизиона Западного военного округа. Именно он в честь государственных праздников расцвечивает небо над Москвой. 21 октября дивизиону исполняется 50 лет.

«Это не развлекаловка, а воинский ритуал»

Разноцветные огни в небе — это фейерверки. Их — непрофессионально, небезопасно и совсем не так красиво — может устроить кто угодно. Салют — это артиллерийские залпы. То, что делают в Москве на 9 Мая, 23 Февраля или в честь инаугурации президента, называется праздничным салютом и совмещает в себе и то и другое. «Это не развлекаловка, а исполнение воинского ритуала», — говорит командир салютного дивизиона полковник Вячеслав Парадников.

Дилетанту может показаться, что все фейерверки похожи друг на друга. На самом деле двух одинаковых фейерверков — по цветам, по узорам — у дивизиона не бывает. «Важно, чтобы у людей не было впечатления, что мы это так, для галочки», — рассказывает заместитель Парадникова майор Андрей Иванов. Он с детства мечтал попасть в армию — так, что в десятом классе сам прибежал в военкомат, чтобы о нем не забыли. Может прослезиться над фильмом «Офицеры». Но на службе его растрогать сложно. Он даже своими фейерверками никогда не любуется — не до того: «Я в это время работаю. Я наблюдаю за картинкой — чтобы была синхронность и все цвета были на местах».

Как делается праздничный салют? Сначала компьютерная программа создает картинку. Потом заряжаются самоходные пусковые установки — по сути, соединенные между собой пушки. Пушки есть разного калибра: в одну и руку просунешь с трудом, а в другой при желании может поместиться человек. От калибра зависит высота, на которую после выстрела поднимется снаряд.

В одну установку помещают «бомбы» с разными цветами. У них романтические названия, например «Ассоль-бриллиант». «Бомбы» не просто закладывают, а подключают проводами, создавая электрическую цепь — совсем как на уроках физики. В нужный момент достаточно будет только нажать кнопку — и установки начнут «выбрасывать» в небо «бомбы», а над Москвой появятся разноцветные узоры. Испортить все очень просто — достаточно где-то небрежно обойтись с проводами. Хотя в дивизионе уверяют: самое плохое, что может произойти, — это нарушение синхронности и какая-нибудь ошибка в рисунке. Никакие травмы зрителям не грозят. «С бытовой пиротехникой так: люди ее используют, а правила безопасности читают, если что-то случится, — говорит майор Иванов. — А мы на военной службе, здесь шутить ничем нельзя. Мы работаем, чтобы таких ситуаций не возникало».

«Человек должен что-то оставить после себя»

Правую ногу надо поставить на педаль, на левую — перенести вес тела. Руками держишь шнурки — каждый привязан к колоколу. Нажимаешь на педаль, перебираешь руками — и вся улица наполняется звоном. Самый большой колокол весит 156 кг — им и управляют с помощью педали. Это нетяжело — даже хрупкая женщина справится. Что уж говорить о женщине-майоре.

Майор Ирина Алексеенкова служит в салютном дивизионе четыре года. Она врач, начальник местной медсанчасти. А с недавних пор — звонарь. «Женщины-звонари есть. Но чтобы не просто женщина, а целый майор — так только у нас», — говорит полковник Парадников.

В Ватутинках, где расположен дивизион, есть храм. Но до него нужно ехать — это неудобно даже тем, кто живет рядом с частью, а военнослужащим — тем более. Поэтому было решено построить храм прямо на территории военной части. Пока доделано еще не все, но когда церковь откроется, приходить сюда смогут и местные жители. «Это была не рекомендация руководства, а мое желание, — говорит он. — Человек должен что-то оставить после себя».

Православный храм строили всем миром — и мусульмане, и христиане. Люди отдали в дар две иконы. Одна — старая, ей около 150 лет и нужна реставрация; другая — новее, но дорогая, писанная золотом. Кто-то помог проложить асфальт, кто-то привез люстры. Поддерживали друзья Парадникова и его бывшие солдаты: «Одного из них я гонял как сидорову козу, а он приехал нам помогать». У властей ничего не просили, «никто с протянутой рукой не ходил», но местные депутаты, узнав о строительстве, решили помочь.

В этот колокол теперь бьет Ирина Алексеенкова. Она учится всего три недели, но уже можно заслушаться. Учит ее Вячеслав — звонарь местной ватутинской церкви, мирянин, пожелавший помогать своему храму. «Бывает, человек просится на колокольню, а на втором этаже говорит: «Что-то у меня с сердцем плохо, что-то ноги отнимаются». Просто Господь не всех туда пускает. А вот товарища майора пустил», — рассказывает он. Говорит, что Ирине помогают «военная дисциплина и музыкальное образование» — она действительно когда-то окончила музыкальную школу. Сама Ирина с колоколами себя чувствует пока не так уверенно, как со шприцем или бинтами. «У меня в процессе все мысли о том, как правильно отзвонить, чтобы всем понравилось, — говорит она. — Но как обвыкнусь, думаю, буду наслаждаться — колокольный звон успокаивает».

«Мы — обыкновенное артиллерийское подразделение»

Кроме храма в дивизионе будет еще и музей фейерверков. Его тоже делали всем миром, например, здесь есть пушечные ядра, которые товарищи полковника Парадникова привезли с Бородинского поля. Музей откроется 21 октября. А на аллеях здесь уже сейчас стоят артиллерийские орудия времен войны. Некоторые из них были на фронтах Великой Отечественной и в боях получили «ранения» — сейчас на них есть «заплатки».

Когда-то в части полковника Парадникова была даже голубятня. Сейчас — собачий питомник: псы охраняют часть. Их дрессируют кинологи, но близко подходить к животным нельзя даже при специалистах. «Они у нас ласковые, но могут откусить голову, — говорит Парадников. — При этом умнее некоторых людей. Собака — это грозное оружие. Они у нас на довольствии стоят и имеют свой паек. И отрабатывают его!»

Ошибка думать, что в салютном дивизионе занимаются только салютами. Да, здесь есть такая «специализация», но в целом местные служащие занимаются тем же, чем и их коллеги. «Мы — обыкновенное артиллерийское подразделение, — говорит полковник Парадников. — И если родина прикажет, мы из салютного превратимся в боевое и будем защищать страну. А потом салютовать в честь победы».

Во время праздничных салютов на улицы Москвы выходят десятки тысяч людей. И от того, как отработает это «обыкновенное подразделение», зависит не только их настроение, но и безопасность. Впрочем, полковник Парадников уверен: внештатных ситуаций дивизион никогда не допустит. «А если инопланетяне прилетят?» — «Ну если инопланетяне прилетят, мы знаем, как с ними бороться. Мы их просто уговорим прилететь не во время салюта».

Бэлла Волкова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.